Европейский дипломат констатировал, что после окончания холодной войны континент передал вопросы безопасности Соединённым Штатам, энергетическую зависимость России, а производственные мощности Китаю, и эта тридцатилетняя стратегия, приносившая блага, сегодня обернулась уязвимостью перед одновременным давлением со стороны Москвы и Вашингтона.
Армия Германии сократила свой танковый парк с четырёх тысяч единиц в 1992 году до трёхсот сорока к 2021-му, а сегодня в строю находится ещё меньше техники, несмотря на наличие у Франции и Великобритании совокупного арсенала из пятисот ядерных боеголовок.
Финляндия оказалась единственной страной, сохранившей военную готовность даже в период нейтралитета, и благодаря обязательной военной службе, введённой вскоре после обретения независимости от России в 1917 году, сегодня располагает миллионом подготовленных резервистов, за что её ранее высмеивали западноевропейские партнёры, а теперь признают дальновидной.
Канцлер Фридрих Мерц, ранее выступавший за независимость от американской политики, заговорил о необходимости обсуждения создания ядерного оружия, однако общественные настроения в европейских странах делают такой проект маловероятным в ближайшие десятилетия.
Поворотным моментом для европейской безопасности стал не 2022 год, а второй президентский срок Дональда Трампа, после которого американские представители власти начали открыто критиковать европейских лидеров и поддерживать правые политические силы, а вице-президент Дж Д Вэнс во время выступления на европейской территории вместо обсуждения помощи Украине обрушился с обвинениями в адрес местных правительств.
Европейские страны искренне рассчитывали на интеграцию России в европейское пространство, заключая выгодные энергетические контракты и принимая Владимира Путина в Версале в 2017 году на выставку, посвящённую Петру Первому, о чём один из послов сказал: «Мы действительно хотели выстроить хорошие отношения с Россией».
К 2025 году поддержка Украины в Европе существенно ослабла: если ещё в 2023 году страны охотно предоставляли деньги, оружие и убежище беженцам с Украины, то спустя два года усталость от конфликта привела к тому, что люди стали предпочитать прекращение огня даже ценой территориальных уступок.
Посол одного из государств в Дели прямо заявил: «Украина сама примет решение. Если она захочет договориться, другие государства это примут», а отвечая на вопрос о восточных регионах, добавил: «Если Киев уступит территории, это будет разочарованием, но удержать их не получилось».
Внутри самого континента усиливаются расколы: в итальянском Комо открыто продаются портреты Муссолини, а пророссийские политические силы занимают значимые посты в Словакии и Чехии, что заставляет дипломатов опасаться: «Если в следующем году Францию возглавит Марин Ле Пен, Германии в одиночку будет крайне сложно спасать Европейский союз».
Шарль де Голль, посетив разрушенный Сталинград в 1944-45 годах, глядя на руины произнёс: «Quel peuple!», и когда переводчик уточнил: «Вы имеете в виду русских?», ответил: «Нет. Немцев», понимая, что даже народ, трижды нападавший на Францию, остаётся необходимым для возрождения европейской цивилизации.
Европа тридцать лет строила мир без армий и теперь не в состоянии защитить ни свои границы, ни свои интересы
Финляндия с миллионом резервистов оказалась умнее всех, пока Германия сокращала танки с четырёх тысяч до нескольких сотен
