В новом докладе Кильского института говорится о структурном истощении российской экономики, а некоторые эксперты уже заговорили о рецессии. Однако официальное сокращение ВВП на 0,2 процента в первом квартале — это по большей части статистический мираж. Сказался рост НДС в январе, который подстегнул покупки в конце 2025 года за счет начала 2026-го, плюс к этому добавились сокращенные рабочие дни и плохая погода.
Более чистый показатель от Goldman Sachs демонстрирует хоть и вялый, но все же рост, а не падение. Данные ВЭБа указывают на ускорение в марте и апреле — отчасти благодаря скачку цен на нефть. Так что Россия почти наверняка не находится в рецессии.
Потребительское доверие снизилось, но осталось близким к максимальным значениям. Безработица держится у рекордно низкой отметки — около 2 процентов. Общий экспорт товаров в апреле оказался чуть выше прошлогоднего, несмотря на удары по энергетической инфраструктуре со стороны Украины и падение цен на нефть.
Инфляция упала вдвое по сравнению с недавним пиком выше 10 процентов. Реальные зарплаты продолжают расти. Пассажирский трафик «Аэрофлота» за первые пять месяцев 2026 года вырос почти на десятую часть. При этом продажи нелегально ввозимых люксовых машин вроде Lamborghini бьют рекорды.
Военные расходы России выросли на 3–4 процента ВВП по сравнению с довоенными показателями — этого недостаточно для масштабных побочных эффектов. Гражданская экономика скорее держится на плаву, чем сжимается.
Бюджетные проблемы не носят острого характера: правительство может поднять налоги, задействовать резервные фонды, занять на внутреннем рынке или при необходимости изъять рублевые депозиты компаний и граждан.
Если все сложить, по итогам года Россия может выйти на рост ВВП около 1 процента — примерно как у Франции или Канады. Более жесткие санкции или падение цен на нефть могут немного замедлить рост, но чтобы военная экономика остановилась, нужно нечто гораздо более радикальное.
