Юлия По раньше даже не думала о своей ежедневной поездке через мосты, которые соединяют левый и правый берега Днепра в Киеве. В начале месяца этот спокойный период резко закончился: российские удары впервые достали две важнейшие переправы, и город встал в пробках.
Юлия По говорит прямо: ситуация станет критической, ведь раньше приходилось сидеть без отопления и света, а теперь под угрозой канализация.
Киев бомбят четвёртый год, но с конца августа характер воздушной войны изменился. Беспилотники и ракеты теперь прилетают не только ночью, но и днём. Сирены воют круглосуточно, времени на предупреждение всё меньше, а удары достают районы, которые раньше не трогали.
Наталья Бушковская рассказывает, что раньше ночные атаки не мешали дневной жизни. Теперь всё смешалось: ни передышки днём, ни привычного распорядка. Столица ощущается как прифронтовой город.
Журналистка Инна Вареница в один из дней этого месяца едва не попала под три удара подряд. С тех пор она всюду таскает жгуты, аптечку и камеру, то есть снаряжение, которое обычно берёт в командировки на фронт. Александр Данилюк из Украинского центра оборонных реформ добавляет, что настроения в обществе мрачные, и Европе в этом году стоит ждать новой волны беженцев.
По всей стране люди чувствуют последствия возобновившейся кампании бомбардировок. Её цель — сломить волю к сопротивлению, разрушая экономику и лишая людей обслуживания базовых нужд. Власти сравнивают действия Москвы с тотальной войной, потому что упор идёт на разрушения и хаос, а не на захват территории на линии фронта.
С начала года объекты «Нафтогаза» получили больше трёхсот ударов, тогда как за весь 2025 год их было 229. Серьёзный ущерб терпит и энергосеть, а Россия начала бить по дата-центрам.
В сентябре атаки на интернет и телеком инфраструктуру вызвали перебои связи в ряде регионов. Системы оповещения о тревоге сбоили, базовые услуги встали: у жителей некоторых многоэтажек перестали работать карты доступа к лифтам, приостановили выдачу паспортов, а удары по складам смели товары с полок супермаркетов.
Для аграриев это катастрофа. Собранный в этом году рекордный урожай некуда везти. Министр сельского хозяйства говорит, что у Украины почти не осталось резервных локомотивов для перевозки зерна. Удары по судам в Чёрном море и портам, в частности в Одессе, фактически заблокировали морское сообщение, и горы зерна гниют под брезентом.
В горно-металлургическом секторе, второй опоре экономики, дела ещё хуже. В прошлом месяце на неопределённый срок встал комбинат «Запорожсталь»: его доменные печи серьёзно пострадали от четырёх волн ракетных ударов. «ArcelorMittal Кривой Рог» объявила, что работу возобновить не сможет после неоднократных ударов.
Кое-что в этом массированном наступлении не удивляет. С самого начала войны Россия каждую зиму пытается принудить украинцев к подчинению, круша энергетику. Но нынешняя кампания отличается и охватом, и интенсивностью.
Одна из причин в технологической гонке. Речь о реактивных модификациях «Шахеда» под названиями «Герань-5» и «Герань-4». Они несут более тяжёлую боевую часть и разгоняются до шестисот километров в час, из-за чего украинские средства перехвата, созданные против винтовых предшественников, их не берут. После появления новых моделей эффективность перехвата упала с примерно девяноста процентов до менее чем шестидесяти.
Но главное это арифметика. Данилюк говорит, что Россия действует так просто потому, что может. Экономику перевели на военные рельсы, оборонные расходы резко выросли, а Запад этого не сделал. Теперь Россия способна производить больше средств поражения, чем все страны НАТО вместе взятые.
Россия каждый месяц выпускает больше двухсот баллистических и крылатых ракет и около трёх тысяч реактивных дронов-камикадзе. Для сравнения: Зеленский ставил цель выйти к концу октября на четыреста реактивных дронов-перехватчиков в месяц, а США планируют выпустить всего 620 ракет-перехватчиков PAC-3 за весь 2025 год.
Тем не менее успех России не гарантирован — газа сейчас немного больше, чем год назад: «Нафтогаз» входит в зиму с запасом около 14,6 миллиарда кубометров. На поле боя появляются новые средства противодействия, включая пулемётные турели с искусственным интеллектом, которые наводятся на быстрые реактивные дроны точнее человека.
Опросы Киевского международного института социологии показали, что больше шестидесяти процентов граждан готовы терпеть тяготы войны сколько потребуется. Правда, семьдесят пять процентов заявили о готовности к переговорам с Москвой. Настроение в обществе подавленное, но о катастрофическом падении боевого духа речи не идёт.
Украина тоже умеет вести экономическую войну. За последнюю неделю украинские дроны поразили три из пяти крупных дата-центров «Яндекса», ведущей российской технологической компании, которая развивает искусственный интеллект. До этого били по складам Wildberries и нефтяной инфраструктуре.
Но всё это не отменяет простой арифметики. Данилюк предупреждает, что Украину ждёт самая тяжёлая зима за всё время войны. В войнах промышленного масштаба побеждает тот, кто умеет грамотно распределять средства, ведь деньги это кровь войны. Если западные союзники Киева не найдут способ сравняться с Москвой по объёмам производства военной техники, перспективы будут мрачными.
