Говорить вслух о гибели людей на Украине в России — дело рискованное. 21-летняя Евгения Титова из тех молодых, кто всё равно на это идёт.
— Тебе по закону можно говорить, что думаешь о спецоперации?
— Могу сказать, что хочу, чтобы люди не умирали. С обеих сторон. Хочу, чтобы люди перестали гибнуть. Хочу мира, как большинство нормальных людей.
Улицы и протесты вроде тех, что были после 2022 года, сейчас редкость. Партия, которую поддерживает Евгения, в этом году устроила молчаливую акцию — суд не пустил её на выборы.
— Надо делать всё возможное, всё законное, чтобы люди не гибли, не получали ранений, не жили в самых бесчеловечных условиях.
Чтобы повлиять на настроения в России, Украина бьёт дронами по Москве. Когда это началось, рассказывает Евгения, испуганная семья звонила и просила её уехать из города. Теперь удары по дата-центрам ломают сервисы вроде российского аналога Uber.
— Да, пару дней был сущий кошмар.
Путина такие бытовые заботы не трогают. На этой неделе он принимал мировых лидеров, а потом провёл саммит Россия — Африка. В России война — выгодный бизнес. Отрезанная от США и Европы, страна крепит связи с Африкой, в том числе через свой огромный оборонный комплекс. Вот российские дроны на продажу африканским государствам. Крупный независимый сервис опросов «Левада», которого власти объявили иностранным агентом, говорит: поддержка Путина держится на уровне около 75 процентов. А на пике рейтинг доходил почти до 90.
— Большая часть его сторонников говорит именно так. Да. То, что он делает на Украине, — это правильно.
А экономика? Тут не всё так гладко.
Евгения говорит: молодым почти нереально купить жильё, ставки по ипотеке слишком высоки. И западные санкции бьют по жизни людей.
— Люди недовольны доходами. Недовольны своим душевным состоянием. Недовольны возможностями — для обычных людей всё хуже и хуже, особенно для подростков, которые хотят быть свободными.
— Люди хотят быть свободными. Что это значит?
— Это значит, что люди хотят ездить по миру. Хотят свободно высказывать своё мнение.
Она хочет остаться в своей стране, но если испугается, говорит, уедет. Считаешь себя смелой?
— Не считаю себя ни смелой, ни героической. Я знаю, что могу быть честной, если почувствую именно это. Я боюсь, что буду жить.
— Сумка наготове?
— Документы держу наготове. Да.
— На случай, если придётся уехать быстро?
— Да.