Война выступает первичной силой в скандинавской мифологии, и поскольку российские корни уходят к норманнам, покорившим славян, конфликт часто становится инструментом формирования общества.
Текущие события изменили не только линию фронта, но и внутреннюю жизнь России, вызвав процессы, выходящие далеко за рамки экономики или дипломатических споров со столицами других стран.
Кремлевский социолог Александр Харичев утверждает, что для выживания Россия должна создать новую идеологию на базе православия и социализма, противопоставляя свой коллективизм западному индивидуализму.
Он предупреждает, что отказ от особого пути грозит гражданской войной из-за миграции и расслоения общества, а также потерей суверенитета, так как элиты ранее искали опору исключительно на Западе.
Харичев видит угрозу в размывании традиционной семьи и цифровом обесчеловечивании, предлагая меритократию и патриотическое воспитание, тогда как эксперты вроде Джереми Морриса считают эту конструкцию разрозненной и слабой.
Критики указывают, что военная пропаганда душит инакомыслие и концентрирует власть в одних руках, а будущее страны зависит от выбора между культом оружия и возвращением к культуре.
