В середине мая на заседании Российско-Киргизского экспертно-консультативного совета по истории российские учёные изучили киргизские учебники и высказали претензии к тому, как там изображён Советский Союз.
«Использование термина «колониализм» — это дань моде, — заявил Андрей Быков из Российской академии наук. — Молодое поколение воспринимает этот термин эмоционально, так как он имеет негативный оттенок. Если мы заменим «колониализм» или «колониальная политика» на «управление» и «административные меры», то негативный оттенок исчезнет».
Киргизские историки выступили против — автор учебника для 8 класса Тынчтыкбек Чоротeгин говорит: «Это, конечно, политическое давление, имеющее как политическое, так и идеологическое значение. Мы должны это отвергнуть, это против нашего суверенитета».
Ещё со времён первых походов Российской империи в Центральную Азию в XIX веке Москва испытывает явный дискомфорт от слова «колониализм», и, как пояснил Адиб Халид из Карлтон-колледжа, существует очень давняя традиция, когда русские считали, что их империя полностью отличалась от британской — советское самопонимание заключалось в том, что они революционеры, а не империалисты, и на самом деле помогают народам Центральной Азии преодолеть наследие колониализма.
Однако, по его мнению, Российская империя и Британская были очень похожи, а Ботагоз Касымбекова из Цюрихского университета добавляет: «Советская идеология представляла колониализм как капиталистическое предприятие, но российским колониализмом двигало государство, а не бизнес — но это был и остаётся колониализм».
Касымбекова вспоминает киргизского писателя Чингиза Айтматова, который писал, что колонизация начинается со стирания памяти у колонизируемых — в его романе «И дольше века длится день» есть народное предание о людях, превращённых в бездумных рабов-манкуртов, которые не помнят ни своего имени, ни семьи, ни племени. «Люди без прошлого, без памяти, без истории слабы, дезориентированы, беспомощны и послушны, — сказала Касымбекова. — Иметь историю, которую изучаешь и интерпретируешь, — это форма самостоятельности; интерпретация — это форма свободы, свободы мыслить, знать, понимать и, возможно, действовать».
Использовать ли в киргизских учебниках термин «колониализм» или полностью контекстуализировать советский период — в конечном счёте решать самой Киргизии.
