В последнее время в российском публичном пространстве всё чаще звучат голоса, призывающие к применению тактического ядерного оружия. Один из самых громких — олигарх Константин Малофеев, который прямо спросил, почему страна до сих пор не использовала арсеналы, созданные якобы именно для таких случаев. Он не одинок: подобные заявления звучат и от других прокремлёвских фигур, хотя ещё пару лет назад это казалось немыслимым.
В начале войны Путин регулярно угрожал Западу «беспрецедентными последствиями», и эти сигналы работали — они сковывали решения союзников Украины, заставляя их действовать осторожнее. Но со временем постоянные «красные линии» перестали восприниматься всерьёз. Украинские партнёры научились их проверять, и каждый раз оказывалось, что за риторикой не следует реальных действий. Блеф был вскрыт.
Однако причины для беспокойства не исчезли. Ситуация на фронте складывается для Москвы всё менее благоприятно, и это меняет логику игры. Украинские дроны теперь регулярно достают до целей в глубине России, включая объекты в Московской области, а в регионах ввели нормирование топлива. Даже Крым, который долгое время считался надёжным тылом, превратился в зону постоянной тревоги.
Политолог Иэн Бреммер недавно заметил, что мир не видел ещё ядерную державу, которая не может защитить собственную территорию. И это наблюдение попадает в точку. Внутри России растёт напряжение: в элитах зреет недовольство, ходят слухи о заговорах, а некоторые высокопоставленные чиновники умирают при загадочных обстоятельствах. Падение престижа страны беспокоит даже тех, кто раньше поддерживал Кремль.
Стратегия «эскалация для победы» набирает сторонников среди российских ястребов. Некоторые открыто призывают к высокоточным тактическим ударам малой мощности, надеясь переломить ход войны и заставить Украину и Запад пойти на уступки. Это уже не просто риторика — это обсуждается на серьёзном уровне, что говорит об отчаянии тех, кто видит, что обычная кампания проваливается.
Но есть и обратная сторона. Военные профессионалы, включая министров обороны и начальников генштаба, понимают: тактический ядерный удар — это не волшебная палочка. Войска не могут наступать через радиоактивные облака, а ветер может принести радиацию обратно в Россию. К тому же такой шаг гарантированно спровоцирует ответ НАТО, и в этом сценарии у Москвы нет шансов.
Главная опасность в другом. Путин и его окружение, вероятно, считают, что американское тактическое ядерное оружие в Европе не станет серьёзным сдерживающим фактором. Мало кто в Кремле верит, что Вашингтон рискнёт глобальной войной ради предотвращения одного локального удара. Это создаёт опасный разрыв в восприятии — Москва может посчитать ограниченное применение ядерного оружия приемлемым, надеясь на нерешительность Запада.
Если же Россия действительно перейдёт эту черту, перед Америкой встанет кошмарный выбор. Ответ тактическим ударом может спровоцировать Китай и Северную Корею на собственные авантюры — потенциальные цели включают Тайвань, Японию и Южную Корею. В этом смысле ставка вырастает далеко за пределы украинского конфликта.
Американское сдерживание, по словам экспертов, должно оставаться достаточно сильным, чтобы удержать Москву от прыжка в ядерную пропасть, но гарантий нет. И именно это делает ситуацию по-настоящему страшной.
