После февраля 2022 года российские спецслужбы перестроили работу под военные задачи, и теперь они действуют в более жёстких условиях, чем раньше, когда приходилось конкурировать за ресурсы и внимание руководства. ФСБ всё активнее работает за пределами страны — её Пятая служба потеряла возможность вести политическую разведку на Украине, но зато сохранила ключевые позиции в оккупационных администрациях и продолжает расширять присутствие в Европе, чтобы мешать поставкам оружия Киеву. Служба получила право залезать в частные базы данных без суда, отключать связь и интернет, а также вернула полный контроль над следственными изоляторами, что делает её одним из самых мощных инструментов внутреннего давления.
Вторая служба ФСБ сосредоточилась на работе с российскими диссидентами за рубежом — их пытаются внедрять в сообщества, дискредитировать и разлагать изнутри, а стратегическая разведка тем временем пытается углубить трещину между США и Европой. Служба внешней разведки ускорила открытые информационные операции, а Кирилл Дмитриев использует неофициальные каналы, чтобы обходить формальную внешнеполитическую систему США и напрямую доносить нужные сигналы. СВР также переориентировала ресурсы на Глобальный Юг, поглотив часть политтехнологических сетей Пригожина в Африке, и это даёт Москве дополнительное влияние на континенте.
Главное управление Генштаба занимается не только сбором военной разведки, но и диверсиями, психологическими операциями и обходом санкций, причём связанные с ГРУ кампании в Европе часто опираются на криминальные элементы и одноразовых исполнителей. Военная контрразведка ФСБ превратилась в политический инструмент для чисток в Министерстве обороны, хотя её расследования коррупции остаются политизированными и малоэффективными.
Москва всё чаще полагается на нелегальную разведку, вербовку неграждан России, культурные и научные каналы, а также на операции, проводимые прямо с российской территории, и одновременно улучшает координацию между ведомствами. Российская разведка остаётся опасной, адаптивной и готовой идти на риск, но не является неуязвимой — среди её слабых мест дисфункциональный, персонифицированный разведывательный цикл, который усугубляется кумовством и коррупцией и, вероятно, будет ограничивать её эффективность в долгосрочной перспективе.
