Сальвини перед переизбранием пообещал: получит «Лига» портфель в кабинете — и военная помощь Украине остановится. За этим стоит давнее восхищение Владимиром Путиным, но в своих симпатиях Сальвини на итальянской политической сцене далеко не одинок.
Тёплые чувства к Москве разлиты по всему итальянскому спектру, и Ккорни тут исторические — сплав крайне левых и крайне правых взглядов, известный как «россобруни». Это явление произрастает из трёх течений: ностальгии по коммунизму, антиамериканизма неофашистов и католического скепсиса к западному империализму.
Католическая политическая культура часто выступала против американского империализма, с подозрением смотрела на потребительство и ратовала за мир против размещения ядерного оружия в Европе. Под этим влиянием папа Франциск недавно обвинил НАТО в том, что блок провоцирует Россию, гавкая у её дверей. Такие взгляды показывают природную тягу к России у немалой части итальянцев.
«Лига» Сальвини выступает за умиротворение, сомневается в действенности санкций и доказывает: отказ от российского газа бьёт по экономике, и одновременно с этим, не заканчивает конфликт. Рейтинги у партии невысокие, но влияние заметное — во многом из-за неё Италия затягивает одобрение новых пакетов военной помощи Киеву.
Твёрдые союзники Кремля есть и в оппозиции, особенно в партии «Будущее нации» Роберто Ванначчи. Бывший генерал спецназа каждый день громит украинское сопротивление, вторит кремлёвской пропаганде и подаёт просьбы Зеленского о помощи как шантаж с участием украинских граждан.
Нехватка сочувствия Украине распространяется и на левую оппозицию, особенно на «Движение пяти звёзд». Его основатель Беппе Грилло давно выступает за диалог с сильными мира сего и поддерживает возможные переговоры Трампа с Путиным.
Для бывшего же премьера Джузеппе Конте, это возврат к равноудалённости и нейтралитету в отношении Москвы. Именно поэтому он принял предложение Путина о помощи в разгар ковида.
22 марта 2020 года на военной базе Пратика-ди-Маре под Римом сели 13 четырёхмоторных «Илов», на борту которых прибыли 104 человека. Российская миссия, по первым договорённостям, могла получить доступ во все итальянские государственные учреждения. В её составе было 28 врачей и четыре медсестры.
Все остальные были военными.