Shellback: НАТО может ожидать поражение в случае войны с Россией

После сверхагрессивной резолюции, принятой недавно Палатой представителей США, мы приближаемся к открытой «горячей» войне. В этих условиях может оказаться вполне уместным вспомнить о некоторых особенностях военной доктрины потенциального противника. Кратко выражаясь, США и НАТО, привыкшие к дешевым и легким победам, (по крайней мере, на короткое время, поскольку в долгосрочной перспективе никак нельзя утверждать, что в  Ираке, Афганистане, Ливии, Косово и других местах были одержаны настоящие победы), столкнутся с колоссальным шоком, если им когда-нибудь доведется сражаться с вооруженными силами России.

В начале военной карьеры, в семидесятые годы, я на протяжении нескольких лет занимался разработкой боевых симуляторов. Большинство из них предназначалось для обучения и подготовки штабных офицеров, но некоторые были сделаны для испытания различных вооружений и военной тактики. Сценарий, как правило, был один и тот же: мы, НАТО, то есть хорошие парни, развернуты в Германии. Точнее говоря, на восточной границе Западной Германии. Там мы подвергаемся атаке со стороны стран Варшавского пакта, то есть плохих парней, «красных». Кстати, цвета (красный и синий) остаются неизменными с самой первой военной игры Kriegspiel, и в данном случае красный не имеет ничего общего с излюбленным цветом коммунистической партии.

За  несколько лет работы в штабе я заметил две важные вещи. Естественно, как за красных, так и за синих играли наши люди. Однако, было бы интересно позаимствовать на время нескольких советских офицеров, чтобы они сыграли за красных. Их коллеги-офицеры на синей стороне были в высшей степени осторожны, медлительны и не склонны к  риску.

«Красные» игроки просто ехали по дороге и не видели ничего страшного в потере одного танка, и даже целой танковой  роты. Что во всем этом было особенно интересно (мы многократно испытывали эффект, так сказать, в закрытом помещении), так это то, что в конце концов подход красных, основанный на максимальной скорости продвижения, приводил к меньшему общему числу потерь, чем осторожный подход их противников. Было и еще одно обстоятельство, которое не могло не пугать: красные всегда побеждали! Всегда. И довольно быстро.

Я всегда испытывал большое уважение к советской военной доктрине. Я не знаю, была ли она основана на традиционной российской доктрине, но она, несомненно, была усовершенствована во время  Второй мировой войны, когда Советы осуществили, пожалуй, крупнейшие в мировой истории войн наземные операции. Ничего не может быть дальше от истины, чем небрежная западная идея о том, что Советы посылали одну за другой волны своих солдат на убой, до тех пор, пока у немцев не кончались боеприпасы, а затем уничтожали врага следующей волной. Если Советы за что-то брались всерьез, они на самом деле были в этом очень хороши.

Советская военная доктрина, которую я наблюдал в ходе упражнений, обладала несколькими основными характеристиками. Первое, что было очевидно – Советы хорошо понимали, что на войне людей убивают, и для колебаний нет места. Колебания приводят к поражению, и в конечном итоге, к гибели еще большего количества людей. Во-вторых, что на первый взгляд парадоксально: успех требует закрепления, в то время как подразделение, которое постигла  неудача, оставляется на волю судьбы. Советский перебежчик под псевдонимом «Виктор Суворов», рассказывал историю о том, как он ставил в тупик офицеров НАТО своей элементарной задачей. Условия были таковы: у вас есть четыре батальона, три из них атакуют, а один остается в резерве. Батальон на левом фланге легко прорвал оборону. Второй, посередине, прорвался с  некоторыми усилиями, а третий, на правом фланге, был остановлен противником. Какому из наступающих батальонов вы направите подкрепление?

Суворов утверждает, что ни один из офицеров НАТО не смог дать правильного ответа. А ответ прост: забудьте о среднем и правом батальонах и направьте подкрепление на левый фланг, чтобы закрепить успех. Кроме того, следует снять артиллерийскую поддержку с участков двух других батальонов и отдать ее полностью первому. Советская военная доктрина делила свои силы на эшелоны, или волны. В приведенном выше случае не только четвертый батальон отправится вслед за левофланговым успешным подразделением, но и все последующие полки будут направлены туда же. Прорывы требуют развития и подкрепления, и они получают его, причем из любого успеха извлекается военное преимущество с потрясающей силой и скоростью.

Об этом пишет и генерал фон Меллентин в своей книге «Танковые сражения 1939-1945 гг.». Он говорит, что любая переправа советских войск через реку должна быть немедленно атакована всеми доступными средствами, которыми располагает обороняющаяся сторона. Любая задержка приводит к тому, что в воде оказывается все большее количество советских солдат, плывущих, идущих вброд или переправляющихся иными способами. Они закрепляют успех, не считаясь ни с чем.

Третий  ключевой момент заключается в том, что советская артиллерия обрушивает колоссальное количество боеприпасов на позиции врага в точке прорыва. В этом отношении особую опасность представляла советская самоходная реактивная система залпового огня БМ-21 «Град», но у них было также множество других орудий.

Особенно важным обстоятельством, учитывая общую самонадеянность США и НАТО, является то, что Советы не допускали, что у Запада всегда будет тотальное превосходство в воздухе. Это самое, на мой взгляд, опасное заблуждение, характерное для военной доктрины США и НАТО. Американская тактика фактически сводится к ожиданию, когда удары авиации приведут к уничтожению основных наземных сил противника, избавив армию от необходимости вступать в тяжелые бои. Возможно, именно по этой причине подготовленные американскими инструкторами силы так плохо воюют, если сталкиваются с решительными действиями противника. Действительно, американцам никогда не приходилось сражаться, не имея абсолютного превосходства в воздухе, за исключением, возможно, первого и единственного опыта в ходе Второй мировой войны.

Западные союзники в Италии, в день Д и в Нормандии, а также в последующих сражениях, могли быть уверены, что почти все самолеты в небе – свои. Эта самоуверенность и даже некоторое высокомерие, во всяком случае, усилилось с тех пор в результате множества краткосрочных войн, с которых все самолеты возвращались домой. У Советов никогда не было такой роскоши – они всегда знали, что за превосходство в воздухе придется бороться, и наземным войскам придется действовать в условиях отсутствия такого превосходства. И генерал Чуйков в Сталинграде, зажимая противника в тиски, применял тактику, которая минимизировала эффективность вражеской авиации. Российские войска не забыли этот урок до сих пор, и, вероятно, именно поэтому их противовоздушная оборона столь эффективна.

Командование НАТО будет в состоянии сокрушительного шока, когда их самолеты начнут падать в больших количествах, а счет потерь стремительно пойдет на тысячи. В конце концов, ведь мы знаем, что вооруженные силы Киева потеряли две трети своей военной техники в схватке против бойцов, обладавших ничтожной долей военных активов России, но действовавших в духе российской военной доктрины.

Однако, вернемся к сценариям времен холодной войны. Оборонительные силы НАТО были бы подвергнуты невообразимо жестокому артиллерийскому обстрелу, и сразу вслед за ним, мощной атаке наземных сил. Подразделения НАТО, которым удалось бы отбить первую атаку, получили бы недолгий мир на своей стороне фронта, а те, кому пришлось отступить, немедленно подверглись бы атаке новых сил противника, в три раза превышающих по количеству первый эшелон, а также значительно более массированным налетам авиации и артиллерийскому обстрелу. Ситуация в местах прорыва стремительно стала бы просто отчаянной.

Неудивительно, что они всегда побеждали, и неудивительно, что офицер НАТО, играющий за «красных», следуя простым инструкциям решительно продвигаться вперед, закрепляет успех, постоянно используя артиллерию, и выигрывает сражение.

Я не хочу, чтобы мне приписывали мнение, что Советы «за 48 часов достигнут пролива Ла-Манш», как предупреждают многие скептики. Фактически, у Советов была серьезнейшая «ахиллесова пята». В тылу этого стремительного наступления неминуемо образовалась бы невообразимая транспортная пробка. Последующие эшелоны, двигающие свои колонны бронетехники, пока командование пытается выяснить, куда именно их следует направить, тысячи грузовиков, везущих топливо и боеприпасы, ждут команды пересечь те или иные мосты, гигантский парк артиллерии, колоссальная концентрация инженерного оборудования – все это никак не может оказаться в нужное время в нужном месте. А ведь новые силы прибывают с каждым часом. Мечта пилота штурмовика! Натовская доктрина воздушно-наземного боя несколько изменилась за последние годы. Однако, в любом случае это была бы чрезвычайно разрушительная война, даже если забыть о ядерном оружии, которое также находилось бы где-то в транспортной пробке.

Что касается оборонительной тактики Советов, (которую мы не разыгрывали в своих сценариях, поскольку в те времена НАТО было оборонительным альянсом), Курская битва могла бы, вероятно, служить моделью и сегодня: держать глубоко эшелонированную оборону, а затем, в подходящий момент, решительно перейти в наступление превосходящими силами в слабом месте противника.

Вся эта проверенная и испытанная в боях доктрина и методология в настоящее время спрятана где-то глубоко в российской армии. Мы не видели ничего подобного в ходе первой чеченской войны – только самоуверенность и некомпетентность. Несколько лучше русские воевали во вторую чеченскую войну. Еще более грамотно они действовали во время войны в Осетии. Они возвращают прежнюю доктрину. И они постоянно отрабатывают ее применение во время учений.

Легкомысленные люди в НАТО или других структурах никогда не должны забывать, что это доктрина войны, которая не нуждается в абсолютном превосходстве в воздухе для победы, а кроме того она основана на понимании, что дешевых побед не бывает. Это очень, очень успешная тактика, что подтверждают многочисленные исторические факты. Да, в Афганистане они проиграли, но ведь и Запад там не достиг успеха.

Я серьезно сомневаюсь, что НАТО может что-то противопоставить России:  быстрые успешные воздушные кампании против третьесортного противника, да, были. Но против таких противников, как Россия, нет. И это при условии, что ядерное оружие останется «зачехленным».

Хотелось бы процитировать фельдмаршала Монтгомери: «Правило первое, на первой же странице книги войны – никогда не нападать на Москву. Разные люди уже пробовали, Наполеон и Гитлер, и это плохо кончилось для обоих. Это первое правило».

Кстати, его вторым правилом было следующее: «Ни в коем случае не ввязываться в сухопутную войну против Китая». Поскольку политика Вашингтона все больше сближает Москву и Пекин… впрочем, это уже другая тема.


1 балл2 балл3 балла4 балла5 балла (17 голосов, среднее: 4,88 из 5)
Loading...Loading...




Комментарии запрещены.