Насколько вероятен переход власти от США к Китаю

С момента установления дипломатических отношений между Вашингтоном и Пекином минуло уже 40 лет. За это время Китай из глухого захолустья, подтачиваемого повсеместным голодом и культурными потрясениями, превратился в грозную державу, движимую мощной ностальгией и геополитическими устремлениями.

На сегодняшний день Вашингтон всё более склонен воспринимать Пекин как соперника. Причинами тому выступают как скорость и масштабы возрождения Китая, так и неспособность последнего к более глубокой интеграции в мировую экономику, что могло бы умерить нетерпимую внутреннюю политику страны и пресечь использование принуждения в отношении государств ближнего зарубежья.

Выступая перед Судебным комитетом Сената в прошлом месяце, глава отдела контрразведки ФБР заявил, что экономическая агрессия китайского правительства ориентирована на вытеснение США с позиций мировой сверхдержавы. Если намерения Китая действительно таковы, существует множество траекторий дальнейшего развития событий. Чаще всего обсуждение идёт в разрезе того, удастся ли Китаю достичь своих целей и возникнет ли при этом вооружённый конфликт. Отрезвляющий опыт противостояния между ведущими державами и их потенциальными преемниками известен в мировой истории. Исходя из этого, многие аналитики надеются, что если «передача полномочий» всё же произойдёт, Китай и США смогут нащупать некоторые ориентиры, чтобы избежать худшего варианта развития событий. Удачные примеры есть – взять хотя бы мирный переход власти от Британии к США в конце XIX-начале XX века.

Впрочем, всё чаще упоминается ещё один вариант развития событий – «новая холодная война». Контуры многогранного затяжного соперничества между Вашингтоном и Пекином действительно проступают, но возможность долгосрочного «симбиоза» также не стоит сбрасывать со счетов. Между Китаем и США существуют надёжные экономические и культурные связи, действуют программы международного обмена. На данный момент они, по-видимому, стремятся не разрушить друг друга, а скорее, достичь некого согласия.

Американские и советские лидеры времён холодной войны мыслили куда более воинственно. Так, Джордж Кеннан, главный архитектор политики сдерживания, пришёл к выводу о том, что Москва будет стараться оказывать осторожное, но упорное давление, стремясь разрушить или уменьшить влияние и мощь соперников. Соответственно, он порекомендовал США вести политику, способствующую распаду или постепенному ослаблению Советской державы.

Стоит принять во внимание и ещё один вариант развития отношений между США и Китаем. Между ними может сложиться непростое шаткое равновесие, когда осознаётся невозможность как альянса, так и серьёзной конфронтации, и глубокая напряжённость отношений перемежается редкими периодами неохотного сотрудничества.

Не стоит забывать, что у Вашингтона немало конкурентных преимуществ перед Пекином. К ним относятся удачное географическое положение, непревзойдённое военное мастерство, благоприятные демографические перспективы, динамичные системы высшего образования и технологические инновации, а также растущая энергетическая самодостаточность. Вашингтон играет главную роль в послевоенном порядке, который, несмотря на растущее давление, до сих пор представляет организационный каркас международных отношений.

Правда, за последние два года усугубились политические проблемы внутри самих США. В результате даже у давних союзников Вашингтона создалось впечатление, что это нестабильный, даже непредсказуемый игрок. Нынешнему характеру американской внешней политики присущ скептицизм в отношении международных институтов, и предпочтение отдаётся двусторонней деятельности. Союзники США не могут понять, является ли происходящее всего лишь отклонением от традиционной внешней политики или означает её новый курс. Подобная неопределённость может подорвать способности Вашингтона по мобилизации коллективных действий для решения глобальных проблем.

Казалось бы, Пекин в состоянии заполнить вакуум. Если в 1978 году экономика Китая составляла менее 2 процентов от валового мирового продукта, то в настоящее время она превосходит 15 процентов. Страна находится на пути к тому, чтобы обогнать США задолго до середины столетия. Крупнейший в мире экспортёр, Китай обеспечивает примерно треть мирового роста. По оценкам Комиссии американского Конгресса по обзору отношений США и Китая в сфере экономики и безопасности, вооружённые силы Поднебесной дошли до такой степени, что к 2035 году, если не раньше, Китай сможет противодействовать операциям США по всему Индо-Тихоокеанскому региону. Успехи Пекина в различных областях, от автономных транспортных средств до квантовых вычислений, говорят о его растущей способности к собственным инновациям.

Но в то же время у Китая имеется множество конкурентных недостатков. Он граничит с 14 странами, во многих из которых ситуация крайне нестабильна. По оценкам экспертов корпорации RAND, способность Народно-освободительной армии проецировать военную мощь сдерживается устаревшей системой командования и разгулом коррупции; учения проводятся в условиях, недостаточно приближенных к реальным. Демографический прогноз для Китая выглядит довольно безрадостно. У Пекина мало настоящих союзников, если таковые вообще имеются. Внутренняя политика страны не вызывает симпатий за рубежом.

Как показал прошедший год, проблем у Китая не убавится, даже наоборот. Проводимая Пекином милитаризация Южно-Китайского моря вынуждает страны «четвёрки» (Австралию, Индию, Японию и США) активизировать оборонное сотрудничество друг с другом. Знаковый геоэкономический проект Китая «Один пояс – один путь» сталкивается с растущей негативной реакцией за рубежом, и всё большее число экспертов ставит под сомнение его финансовую перспективность. Усиливающийся надзор Китая за своими гражданами и массовое интернирование уйгуров вызывают широкий резонанс. Технологическое развитие страны также привлекает повышенное внимание – так, в июле прошлого года руководители разведок стран альянса «Пяти глаз» (куда входят Австралия, Канада, Новая Зеландия, Британия и США) договорились попытаться ограничить рост телекоммуникационного гиганта Huawei.

И наконец, наиболее важным может оказаться тот факт, что Китай не рвётся заменить США в их нынешнем качестве – внешняя политика Пекина преследует ограниченные цели. Она направлена на поддержание роста и укрепление центральной роли в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Как заметил в 1973 году экономист Чарльз Киндлбергер, Великая депрессия продлилась так долго из-за неспособности Британии и нежелания США взять на себя ответственность за стабилизацию международной экономической системы. Подобное развитие событий может повториться девять десятилетий спустя, если единственная сверхдержава и её предполагаемая замена окажутся неспособны или не пожелают заниматься модернизацией нынешнего мирового порядка. В таком случае Китай может продолжать ослаблять позиции Америки, не поднимаясь до «командных высот» геополитики.

В адаптации глобального порядка к современным реалиям важную роль могут сыграть «обычные» страны, разочарованные непредсказуемостью США, опасающиеся амбиций Китая и не горящие желанием угодить в стратегический тупик между двумя противоборствующими сторонами.


1 балл2 балл3 балла4 балла5 балла (1 голосов, среднее: 5,00 из 5)
Loading...Loading...




Добавить комментарий