Разговоры о западной интервенции в Черном море – не более чем фантазии

Силовое противоборство за доминирование в Черном море между Россией с одной стороны и США и НАТО с другой потенциально способно превратиться в ключевой сюжет Новой Большой Игры XXI века, наряду с нынешним соперничеством в Восточном Средиземноморье.

На данный момент имеет место следующая ситуация: Соединенные Штаты и НАТО усиливают военное давление в Польше, Румынии и Болгарии вплоть до Украины и восточного побережья Черного моря. Этот процесс носит, как представляется относительно мирный характер, в то время как возвращение Крыма в Россию начинает восприниматься, если использовать термины реальной политики, как свершившийся факт.

Подпись к изображению: Фрегат «Адмирал Эссен» возвращается на свою постоянную военно-морскую базу в Севастополе после 300-дневного плавания в составе российской средиземноморской тактической группы

После ряда бесед в последнее время с ведущими аналитиками в Стамбуле и Москве, я попытаюсь спрогнозировать основные тенденции. Независимые турецкие аналитики, такие как профессор Университета Малтепе Хасан Унал, встревожены изоляцией Анкары в энергетической сфере, предпринятой альянсом в составе Греции, Кипра и Израиля. Однако, не в меньшей степени их беспокоит наращивание военной мощи Вашингтона в Румынии и Болгарии, которое они также считают угрозой для Турции.

Именно в этом контексте следует рассматривать упорное стремление Анкары создать «коридор безопасности» в северной части Сирии, к востоку от реки Евфрат, «освободив» эти территории от курдских Отрядов народной самообороны. Это проблема обеспечения безопасности как минимум на одной из границ.

В то же время, на геополитической шахматной доске от Сирии и Восточного Средиземноморья до Персидского залива, Турции и Крыма, призрак «иностранной интервенции», постоянно грозящий военным пожаром Межморью – территории, простирающейся от Балтики до Черного моря – просто отказывается умирать.

Российское озеро?

К концу последнего ледникового периода, около 20 тысяч лет назад, Черное море, отделенное от Средиземного перешейком, было просто небольшим озером, гораздо меньшим по размеру, чем сегодня. Легендарное путешествие Ясона и аргонавтов перед Троянской войной, привело корабль «Арго» к дальним берегам Pontus Euxinus, то есть Черного моря. Их целью было добыть Золотое руно – лекарство от всех бед – в Колхиде, которая располагалась на территории нынешней Грузии.

В Древней Греции, с ее богатейшей мифологией, Черное море обычно изображалось как граница между известным миром и «терра инкогнита». Но затем оно было «открыто» – как и Америка много веков спустя – до такой степени, что там образовалась «жемчужная нить» греческих торговых колоний, непосредственно связанных со Средиземноморьем.

Черное море является более чем просто стратегическим – оно имеет решающее геополитическое значение. В современной российской истории легко проследить постоянное стремление сохранить право прохода по морским торговым путям через стратегические проливы, такие как Дарданеллы, Босфор и Керченский пролив в Крыму, к теплым водам, простирающимся дальше к югу.

Как я наблюдал в  начале прошлого месяца в Севастополе, в настоящий момент Крым представляет собой мощный укрепленный район, способный за счет зенитно-ракетных комплексов С-400 и тактических ракетных комплексов «Искандер-М» обеспечить доминирование России в восточной части Черного моря.

Визит в Крым убедил меня в том, что его «гены» являются российскими, а не украинскими. Можно утверждать, что сама концепция Украины является довольно сомнительной. Она была выдвинута Австро-Венгерской империей в конце 19 века и особенно активно распространялась перед Первой мировой войной с целью ослабить Россию. Украина была частью России на протяжении почти 400 лет, гораздо дольше, чем Калифорния и Нью-Мексико являются частями Соединенных Штатов.

А теперь сравните «завоевание» Крыма Россией, без единого выстрела, подтвержденное демократическим референдумом, с американскими завоеваниями Афганистана, Ирака, Сирии и Ливии. Более того, я своими глазами видел, что Крым восстанавливается и находится на пути к процветанию. Даже крымские татары ногами  голосуют за возвращение в Россию. Сравните это с Украиной, превратившейся в экономически несостоятельное государство, живущее на кредиты МВФ.

Крым необходим России не только с геостратегической, но и с экономической точки зрения, поскольку он закрепляет за Черным морем статус «российского озера». Не имеет значения, что турецкие стратеги категорически не согласны с этим, как и специальный представитель США по Украине Курт Волкер, который, в попытке соблазнить Турцию, предается мечтам о наращивании военного присутствия США в Черном море, «будь то на двусторонней основе или под эгидой ООН».

В этом контексте строительство газопровода «Турецкий поток» следует понимать как резкий и недвусмысленный ответ Анкары на разнузданную русофобию в Брюсселе. Анкара последовательно демонстрирует, что не намерена отказываться от приобретения российских ракетных систем С-400 под давлением Вашингтона. Это не имеет ничего общего с претензиями на воссоздание Османской империи. Речь идет о приоритетах Турции в области энергетики и безопасности. Судя по всему, сейчас Анкара более чем охотно готова мириться с мощным российским присутствием на всем Черном море.

Все сводится к конвенции Монтрё

Не случайно события на восточном фланге НАТО стали ключевой темой саммита атлантистов прошлым летом. Ведь Россия после возвращения Крыма фактически лишила альянс доступа в восточную часть Черного моря. Впрочем, НАТО представляет собой объединение стран с различными геополитическими программами, вследствие чего у альянса отсутствует какая-либо единая стратегия действий в Черном море, кроме невнятной чисто риторической «поддержки Украины» и столь же невнятных призывов к Турции действовать в соответствии со своими обязательствами.

Но, поскольку на самом деле приоритетами Анкары являются Восточное Средиземноморье и турецко-сирийская граница к востоку от реки Евфрат, у НАТО нет никаких реальных перспектив установить постоянное патрулирование в Черном море, замаскированное под защиту «свободы навигации», о чем, возможно, умоляет Киев.

А вот что на самом деле остается в силе, причем в полной мере, так это гарантия свободы судоходства в проливах Босфор и Дарданеллы под контролем Турции, в соответствии с Конвенцией Монтрё 1936 года о статусе проливов.

Ключевым фактором является и то, что Черное море связывает Европу с Кавказом и дает российскому торговому флоту доступ к южным теплым водам. Чтобы понять, какое значение это имеет для России, нам нужно вернуться во времена Екатерины Великой, которая включила Крым в состав империи в XVIII веке после пяти столетий татарского, а затем османского владычества, а затем приказала выстроить там огромную военно-морскую базу для Черноморского флота.

К настоящему времени некоторые факты стали совершенно очевидными и не вызывают сомнения. В следующем году Черноморский флот будет усилен за счет целого ряда новых противокорабельных ракет, а также защищен зенитно-ракетными комплексами С-400 «Триумф» и дополнительными истребителями Су-27 и Су-30, которые будут дислоцированы на полуострове в режиме постоянного развертывания.

Надуманные сценарии схватки турецкого военно-морского флота с Черноморским флотом России будут по-прежнему распространяться дезинформированными аналитическим центрами, не обращающими внимания на очевидное российско-турецкое энергетическое партнерство. Без Турции НАТО абсолютно бессильно в Черном море.

Интригующие повороты событий, такие как призывы к созданию «Шелкового пути викингов» через Межморье, не изменят того факта, что Польша, Прибалтика и Румыния будут по-прежнему требовать наращивания присутствия НАТО на своей территории для борьбы против «российской агрессии».

А новому правительству в Киеве, которое будет создано после выборов в марте 2019 года, предстоит осознать, что любая провокация, направленная на втягивание НАТО в конфликт вокруг Керченского пролива, обречена на провал.

Древнегреческие моряки испытывали глубокий страх перед воющими ветрами Черного моря. Сегодня там сложилась обстановка, которую можно описать как затишье перед бурей.


Добавить комментарий