Почему Америка не может выигрывать войны

США традиционно считают свои вооружённые силы оснащёнными и обученными лучше других, а также самыми боеспособными в мире – словом, величайшими из когда-либо существовавших. Тем не менее, удручающая история военных конфликтов страны, начиная с 1945 года, говорит об обратном.

Подпись к изображению: Американский патруль в Афганистане

 

 

За непросто давшимся конфликтом в Корее, окончившимся вничью, последовало унизительное отступление из Южного Вьетнама, Сомали, Афганистана и Ирака, что весьма негативно отразилось на интересах и репутации США. Этим неудачам можно противопоставить только мелкие успехи (как в случае с вторжениями на Гренаду и в Панаму) или победы в операциях с ограниченными целями (например, освобождение Кувейта в ходе первой войны в Персидском заливе).

В подробном разборе зарубежных конфликтов с участием Америки, проведённом в 2015 году Объединённым командованием специальных операций ВС США, выявлено 9 поражений, 43 результата вничью и только 12 побед.

Похоже, Вашингтон разучился выигрывать войны.

По мнению профессора Университета национальной обороны Шона Макфейта, последний случай, когда США одержали решительную победу, имел место ещё в то время, когда техника работала на электронных лампах. Эта проблема относится не только к США – она распространяется на весь демократический Запад. Единственной константой современной войны стало то, что сильнейшие в мире вооружённые силы регулярно проигрывают более слабым противникам.

Надо отметить, Макфейт знает, о чём говорит. Помимо ведения научной деятельности, он также работал в корпорации «Рэнд», Атлантическом совете, Центре двухпартийной политики и фонде «Новая Америка». Кроме того, Макфейт был офицером американской армии и членом частной военной компании. Ему приходилось работать с африканскими полевыми командирами и вооружёнными группами в Сахаре, организовывать небольшие армии, заключать соглашения о поставках оружия в Восточной Европе и помогать предотвращению геноцида в Бурунди.

Как утверждает Макфейт, Запад проигрывает из-за деградации стратегии, стремясь вести обычные войны, как в 1945 году. Однако война меняется, и враги США вместе с ней. В то же время американские эксперты, вместо того чтобы смотреть в будущее, обращаются к прошлому и представляют себе роботизированные войны и грандиозные воздушно-морские сражения против Китая, которые напоминают Вторую мировую, только с более совершенными технологиями.

Между тем, относительно чёткие, стандартные битвы обычной войны необратимо уходят в небытие. Историческая вражда снова даёт о себе знать, просачиваясь через географические, культурные и религиозные «линии разлома», причём попытки Запада справиться с ними, за исключением прямой войны, становятся всё более неэффективными. Кажется, не помогает вообще ничего – ни миротворческая деятельность ООН, ни переговоры на высоком уровне, ни вмешательство крупных держав, ни дипломатия второго плана, ни стремление завоевать сердца и умы.

Описывая эту эпоху, характеризующуюся негосударственным насилием и долгосрочными выходящими на мировой уровень конфликтами, Макфейт называет её «длительным беспорядком».

Как полагает Макфейт, мир не скатится к анархии, но нынешнее устройство, основанное на соблюдении правил, рухнет и будет заменено чем-то более органичным и диким. Волнения уже охватили Ближний Восток и Африку, значительную часть Азии и Латинской Америки; теперь они проникают в Европу, а вскоре могут распространиться и по Северной Америке.

Так в чём же состоит решение, по мнению Макфейта?

Во-первых, необходимо развивать перспективное мышление у тактического звена. В американских военных школах едва ли учат стратегическому лидерству. Стратегия не преподаётся даже офицерам, пока они не прослужат 15 лет, в то время как начинать обучение нужно с 18-летнего возраста. В армии нужно создать стратегическое направление.

Генералитет также нуждается в новых подходах. Отметив, что Объединённый комитет начальников штабов всегда формируется из традиционной «пробивной» силы – пехоты, бронетанковых или артиллерийских частей, Макфейт задаётся вопросом, почему «наверху» отсутствуют специалисты по информационным технологиям?

Что касается ядерного оружия, Макфейт полагает, что оно скоро перестанет быть неприменимым. Ядерное оружие начнёт рассматриваться как обычные бомбы большой мощности, и для некоторых ограниченная ядерная война станет приемлемой. Например, она может произойти между Индией и Пакистаном. Не исключена возможность такого конфликта на Ближнем Востоке – существует версия о том, что Саудовская Аравия откажется от своей ядерной программы и передаст её Пакистану, но ведь она всегда может выкупить её обратно.

Некоторые из рекомендаций Макфейта могут вызвать определённое удивление. Так, по его мнению, настало время для создания американского иностранного легиона – британского, австралийского, датского и любой другой страны, которая хочет устранить угрозы, не дав им приблизиться к своим границам.

За образец он предлагает взять французскую модель: набранные по всему миру люди попадают под американский контроль. Это позволит использовать огромные резервы рабочей силы, лояльность которой будет обеспечена возможностью получения гражданства США. И что наиболее важно, успокоит местную общественность, которую возмущает гибель американских солдат за рубежом. Как показывает опыт Ирака и Афганистана, американская публика безразлична к жертвам вне регулярных вооружённых сил.

Вообще, по мнению Макфейта, жители западных стран не понимают тенденций будущих войн – и особенно негативную роль в этом играют Голливуд и популярные писатели, которые внушают ложные представления.

Как утверждает эксперт, одним из важнейших театров военных действий будущего является кибервойна, но не такая, какой её понимает большинство жителей западных стран. По его словам, ещё недавно многие полагали, что сила кибервойны заключается в шпионаже, воровстве и подрывной деятельности. Однако в действительности кибервойна происходит не в форме жёсткой силы, а скорее, доминирующего влияния. Именно такую модель Россия – давний мастер «дезинформационной войны» – применяла в последние годы, достигнув колоссального политического эффекта и открыв бездны разногласий в западном обществе.

Итак, истинная сила кибервойны заключается в пропаганде. К ней нужно относиться серьёзно, потому что представительные демократии очень уязвимы в этой сфере. По мнению Макфейта, Россия, без сомнения, повлияла на Brexit, а также на выборы в США и в европейских странах.

Настало время нанести ответный удар – причём не с помощью неуклюжих техник эпохи холодной войны наподобие брошюр. В качестве оружия Макфейт предлагает применять мягкую силу США: например, использовать насмешки для дискредитации противников. Трансляция в странах с репрессивными режимами развлекательных сериалов и телешоу с завуалированной пропагандой может оказаться более эффективной, чем серьёзные бюллетени «Свободной Европы».


Добавить комментарий