Раздутая западными СМИ история о радиоактивном взрыве в России разваливается при тщательном анализе

На протяжении нескольких дней после первого сообщения об аварии на севере России, информационные источники разразились огромным количеством догадок и предположений по поводу того, что за устройство испытывали русские на секретном испытательном полигоне Министерства обороны в Нёноксе. Ответы российского правительства были немногочисленными, краткими и как бы приглушенными.

Вот подлинная история о том, что, собственно, произошло в селе Нёнокса Архангельской области.

Баллистические ракеты на жидком топливе – очень непростые устройства. В большинстве российских жидкотопливных ракет используется самовоспламеняющаяся топливная смесь, состоящая из самого топлива (в большинстве случаев — асимметричного диметилгидразина, или гептила) и окислителя (тетраоксида азота), которые при смешивании самопроизвольно воспламеняются. Для того, чтобы это происходило эффективно, топливо и окислитель должны поддерживаться при «комнатной температуре», примерно 21 градус Цельсия. Регулирование температуры топлива для ракет, хранящихся в пусковых шахтах или пусковых контейнерах на подводных лодках, осуществляется системами, работающими либо от генератора, либо от собственного источника питания подводной лодки, если они находятся в контейнере.

Кроме того, для успешной работы жидкотопливной баллистической ракеты, различные клапаны, переключатели и другие компоненты должны поддерживаться в равновесном или, стабильном состоянии, до момента запуска. Электрическая мощность, необходимая для этого, невелика, но она должна быть постоянной. Потеря мощности нарушает равновесие всей ракетной системы и отрицательно влияет на характеристики переходного режима в момент пуска, что может привести к отказу.

В России давно разрабатывают так называемое «автономное» оружие, которое можно отделить от обычных средств доставки – ракетных шахт или подводных лодок, и поместить в специальные контейнеры, защищающие их от воздействия окружающей среды. Затем эти контейнеры устанавливаются на дне океана, где они находятся вплоть до дистанционного пуска. Одним из главных препятствий, с которым сталкиваются российские специалисты, является необходимость обеспечения равновесия системы, включая бортовое оборудование связи, до активации. Источник питания для любой подобной системы должен быть абсолютно надежным и способным работать в течение длительного времени без пополнения запасов топлива.

Решение этой проблемы с питанием заключается в так называемых «ядерных батареях», или радиоизотопных термоэлектрических генераторах (ГИТЭГ). РИТЭГ генерирует электрическую энергию с помощь термопар, которые преобразуют тепловую энергию, выделяемую при расщеплении радиоактивного материала. РИТЭГи уже много лет используются для поддержания работоспособности оборудования в космосе. Русские давно используют их для энергоснабжения удаленных автономных объектов в Арктике или труднодоступной горной местности. Цезий-137, побочный продукт распада урана-235, считается идеальным радиоизотопом для РИТЭГов военного назначения.

Итак, 8 августа совместная группа специалистов из Министерства обороны и Всероссийского научно-исследовательского института экспериментальной физики, подчиненного Государственной корпорации по атомной энергетике (Росатом) проводила испытания ракетного двигателя на жидком топливе, в котором равновесное состояние обеспечивалось «ядерными батареями» на цезии-137. Испытания проводились на военно-морском полигоне Министерства обороны России «Нёнокса», секретном объекте ВМФ, известном как воинская часть 09703. Они проходили в Белом море, недалеко от побережья, на борту пары понтонных платформ.

Испытания продолжались около года. Что именно испытывалось и для какой цели, остается секретом, однако оценка происходила на протяжении часа. Это не было связано с фактическим запуском двигателя, а скорее с неразрушающим испытанием (дефектоскопией) подачи питания с РИТЭГа к двигателю.

Возможно, это была последняя проверка системы – заместитель министра обороны России Павел Попов следил за событиями с военной базы Нёнокса. Тем временем заместитель директора Всероссийского научно-исследовательского института экспериментальной физики по исследованиям и испытаниям Вячеслав Яновский, который считается одним из наиболее опытных ученых-ядерщиков, контролировал события непосредственно на понтонной платформе. К Яновскому присоединились еще семь сотрудников института, в том числе Вячеслав Липшев, непосредственный руководитель группы исследований и испытаний. Вместе со специалистами конструкторского бюро, отвечающего за жидкотопливный двигатель, они сопровождали представителей Министерства обороны.

После завершения самого испытания, что-то пошло не так. По словам моряка с близлежащей военной базы в Северодвинске, элементы гиперголического топлива, содержавшиеся в двигателе (их наличие предполагает, что одной из проверяемых функций был контроль температуры) каким то образом вступили в реакцию. Это привело к взрыву, уничтожившему двигатель, и к попаданию в воду неустановленного количества топлива и окислителя. При этом как минимум один из РИТЭГов с цезием-137 взорвался, подвергнув радиоактивному заражению оборудование и персонал.

Четверо из присутствовавших – двое сотрудников Министерства обороны и двое ученых из «Росатома» — погибли немедленно. Те, кто находился на поврежденной платформе, были немедленно доставлены на базу «Нёнокса», где прошли первичную дезактивацию, а затем отправлены в местную клинику, которая специализируется на чрезвычайных ситуациях, связанных с ядерной энергетикой. Там врачи в полном снаряжении радиационной защиты наблюдали за их лечением и дополнительной дезактивацией. Все пострадавшие выжили.

Три специалиста «Росатома» были отброшены взрывной волной в воду Белого моря, где они были спасены лишь после долгих поисков. Этих людей доставили в архангельскую больницу. При этом, ни медработники, которые непосредственно обслуживали пострадавших ученых, ни персонал больницы, который их принимал, не были проинформированы о том, что жертвы аварии подверглись воздействию цезия-137, что привело к перекрестному радиоактивному заражению персонала больницы и ее помещений.

На следующий день все пострадавшие в ходе испытаний были доставлены в Москву для лечения в специальной клинике, специализирующейся на радиоактивном облучении. Двое пострадавших, длительное время находившихся в воде, погибли в пути. Медицинский персонал, принимавший участие в лечении пострадавших, также был направлен в Москву для оценки состояния. При этом один из врачей оказался облучен цезием-137.

Поскольку испытания носили сугубо секретный характер, российское правительство приняло меры предосторожности против утечки информации, касающейся аварии. Федеральная служба безопасности России (ФСБ) изъяла все медицинские документы, связанные с лечением пострадавших, и заставила всех врачей и медицинский персонал дать подписку о неразглашении.

Российская метеорологическая служба (Росгидромет) располагает в городе Северодвинске так называемой автоматической системой радиационного мониторинга (АСКРО). 8 августа АСКРО обнаружил два «скачка» уровня излучения, один из которых был вызван гамма-частицами, а другой – бета-частицами. Эта модель соответствует характеристикам цезия-137, который выделяет гамма-лучи по мере расщепления, образуя изотоп барий-137м, который является генератором бета-излучения. Первоначальное сообщение о происшествии было опубликовано на сайте Росгидромета, однако впоследствии оно было удалено.

Специализированные группы обследовали местность вокруг Нёноксы, Архангельска и Северодвинска, взяв образцы воздуха, воды и почвы. Все эти тесты оказались в норме, что подтверждает гипотезу о том, что загрязнение местности цезием-137 было ограничено непосредственным районом аварии. Из-за большого количества ракетного топлива, попавшего в воду, были введены специальные ограничения в отношении рыбной ловли и плавания в окружающих водах до тех пор, пока оно не будет нейтрализовано естественным путем. Ущерб носил ограниченный характер, и угроза вскоре миновала.

То, что произошло в Нёноксе, на самом деле трагично. Семь человек погибли и десятки других получили ранения. Но никакого «взрыва ядерной крылатой ракеты» не было, и это не был «второй Чернобыль». Американское разведывательное сообщество и так называемые эксперты ошиблись, и уже не впервые. Основной причиной этой ошибки является их институциональная предвзятость против России, которая заставляет их видеть все происходящее в этой стране в худшем свете, независимо от реальных фактов.

В то время как уровень взаимного недоверия между нашими двумя ядерными державами находится на рекордно высокой отметке, такого рода безответственных суждений следует избегать любой ценой.


Добавить комментарий