В четверг вечером Борис Джонсон написал в Твиттере о новых санкциях в отношении «cвязанных с Кремлем людей… для нанесения максимального экономического ущерба Путину и его военной машине».
Евросоюз и Соединенные Штаты выбрали своими целями ряд дружков Путина, и начали принимать активные меры по захвату их активов под свой контроль. Помимо громких арестов яхт российских олигархов, в Британии остаются нетронутыми особняки и коллекции произведений искусства, собранные русскими богачами. Неудивительно, что многие считают, что и эти активы могут пропасть.
Российская олигархия уходит своими корнями в продвигавшиеся Западом либеральные реформы и приватизацию, которые последовали после краха Советского Союза. С августа 1990 года Россия оказалась под воздействием шоковой терапии, когда некогда созданное миллионами людей общее богатство, принадлежавшее государству, оказалось в руках небольшой группы людей. И эта пропасть между классами до сих пор является источником разногласий в стране. Всего 500 самых богатых россиян контролируют богатств больше, чем 115 миллионов самых бедных граждан страны.
Британская политическая и бизнес-модель очень хорошо развивалась благодаря связанным с Москвой деньгам. Олигархи так полюбили лондонский Сити, что его в шутку называли Лондонград. Здесь правила можно обойти, здесь можно нанять целую армию бухгалтеров или консультантов по связям с общественностью, здесь богатым благоприятствуют законы о налогах и клевете. Однако учитывая настроения в обществе, они маловероятно захотят судиться за российские деньги. Джонсон должен положить конец эре денег олигархов. Но он все делает медленно, опасаясь отпугнуть других богатых иностранцев.
Обычные россияне вряд ли потеряют сон если олигархи проиграют. Однако во всеобщей экономической войне с западом им достанется. Санкции ставят собой цель лишить Москву способности защитить свою валюту, что уже сказалось на жизни простых россиян, когда ставка с 9,5 за день подскочила до 20 процентов. США жестко ограничили поставку России высокотехнологичного импорта. Это скажется на конечном потребителе, когда фабрики для своих производств не смогут получить критически важные компоненты. Крупные бренды уже уходят из стран, что скажется на тысячах рабочих.
Но на каждое действие есть противодействие. Остановка поставок деталей самолетов или автозапчастей может побудить Москву также остановить экспорт полезных ископаемых, необходимых для их производства. Путин может отказаться выплачивать внешний долг своей страны. Очевидно абсурдно финансировать России возможность вести войну, путем покупки ее нефти и газа, однако у европейцев на данный момент особо нет вариантов, если только они не хотят замерзнуть. Санкции могут также помочь Путину убедить население в том, что экономические проблемы вызваны враждебным настроем Запада, а не разрушительной войной. Также и другие страны могут отказаться от контролируемой Западом финансовой системы, опасаясь что также в какой-то момент могут быть от нее отключены.
Чем дольше продолжается война на Украине, тем более глубоко глобальная экономика будет изменена — и возможно, не в лучшую сторону. Автор книги «Экономическое оружие: санкции как инструмент современной войны» Николас Малдер пишет в Guardian, что «расширение применения санкций опасно еще большей дестабилизацией мировой экономики». Он говорит, что век назад Кейнс размышлял, что урок Первой мировой состоит в том, что «помощь пострадавшей стороне» более выгодна, чем «репрессии против агрессора».
