России требуются новые солдаты для поддержания давления на линии фронта, однако процесс их набора становится всё более затратным. Экономика страны вынуждена нести колоссальные военные расходы, но при этом продолжает замедляться. Нефтяные доходы больше не могут в полной мере финансировать государство, поскольку украинские беспилотники наносят удары по нефтеперерабатывающим заводам, портам и трубопроводам. Высокие ставки Центрального банка, введённые для сдерживания инфляции, создают дополнительное давление на бизнес и увеличивают стоимость государственных заимствований.
Темпы продвижения российских войск существенно замедлились, в то время как украинские силы начали возвращать утраченные позиции. Президент Зеленский заявил о возвращении под контроль Киева 745 квадратных километров территории в 2026 году, а данные открытых картографических источников свидетельствуют о переходе 19 населённых пунктов под управление Украины. Эти успехи нельзя назвать решительным переломом, они нанесли ущерб представлению о неуклонном наступлении российской армии.
Украина значительно преуспевает в нанесении ударов по российским объектам, однако одновременно с этим её собственные возможности по отражению воздушных атак снижаются. Поставки перехватчиков для зенитных ракетных комплексов Patriot в первой половине 2026 года сократились примерно на две трети по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Только за июль Россия выпустила по Украине более четырёхсот пятидесяти ракет, причём больше половины из них были баллистическими, что оставило украинские пусковые установки Patriot без достаточного количества боеприпасов.
Увольнение главного экономиста Внешэкономбанка Андрея Клепача после того, как он выступил с заявлением о технологическом и экономическом отставании России и о невозможности победы в затяжной войне на истощение за счёт краха Украины, является красноречивым признаком нарастающего финансового давления. Его оценка ставит под сомнение один из ключевых постулатов, на которых строится российская стратегия.
Россия способна продолжать боевые действия, однако издержки и долгосрочные экономические последствия накапливаются. Набор новых солдат становится всё более сложным и дорогостоящим, расширение военного производства создаёт дефицит рабочих рук в других, более производительных секторах экономики, повышение налогов вызывает недовольство, а необходимость защиты нефтеперерабатывающих заводов и логистических центров требует распыления ресурсов.
На первый взгляд Украина выглядит более уязвимой, однако Россия, судя по всему, попадает в более сложную структурную ловушку. Проблемы Украины могут быть решены её партнёрами при наличии промышленных и финансовых возможностей, тогда как демографические проблемы России дадут о себе знать на протяжении целого поколения.
На протяжении большей части конфликта главным стратегическим преимуществом Путина было время, однако спустя четыре с половиной года Украина не рухнула, Европа не отвернулась от неё, украинское оружие достигает всё более глубоких целей в России, темпы российского продвижения замедлились, дефицит бюджета растёт, а собственные экономисты предупреждают, что война на истощение может закончиться совсем не так, как предполагает Кремль.
