Почему Украина обязательно должна договориться о мире с Россией

Вице-президент США Джо Байден на прошлой неделе снова приезжал в Киев, в третий раз за последние семь месяцев. На сей раз он явился с подарками: дополнительной военной помощью, состоящей из так называемых несмертельных боевых средств, таких как бронежилеты, шлемы, приборы ночного видения и радиолокационные средства обнаружения ОП минометов.

16689

Первые три из двадцати обещанных противоминометных радарных систем прибыли на Украину на борту транспортного самолета, сопровождавшего Борт № 2 в тот же день, когда прилетел вице-президент. Учитывая поступившие 3 ноября сообщения о российских танках, пересекающих границу Украины, а также провалившиеся минские договоренности о прекращении огня и данные о более 1000 погибших за последние два с половиной месяца, это «приложение» к визиту Байдена вместе с жесткими публичными выступлениями в адрес российского президента Владимира Путина (Выполняйте подписанные Вами соглашения, мистер Путин), выглядит вполне логичным.

Однако, как пишет старший научный сотрудник Международного института стратегических исследований Сэмюэл Шарап, хочется надеяться, что в этом визите и показной решительности Байдена скрыто гораздо более важное послание для президента Петра Порошенко: Украине необходимо заключить соглашение с Россией, если она хочет выжить и преодолеть сложившийся кризис.

Политическое урегулирование было бы гораздо более важным для Украины в краткосрочной и среднесрочной перспективе, чем поддержка Запада. Это даже важнее, чем полномасштабные поставки вооружений, которых добивается сенатор Джон МакКейн, не говоря уж о шлемах и бронежилетах, доставленных Байденом. В то время, как соглашение об ассоциации между ЕС и Украиной может оказаться важным шагом на пути будущих украинских реформ, отсутствие договоренности с Россией вполне может сделать все это попросту неуместным. Ведь соглашение основывалось на условии продолжения экономического сотрудничества Украины с Россией. Брюссель вовсе не предполагал взять на себя компенсацию потерь Украины от разрыва этих экономических связей.

Экономика Украины в значительной степени зависит от России в целом ряде отраслей, поскольку еще с советских времен сохранилась ее ключевая роль в производственных цепочках. Наиболее часто обсуждается, разумеется, зависимость от поставок российского природного газа, основного источника энергии для украинской промышленности, а также топлива для теплоснабжения жилых домов украинцев. Украина импортировала 27 миллиардов кубических метров российского газа и платила за это около 11 миллиардов долларов. В краткосрочной и среднесрочной перспективе не существует никакой реальной альтернативы российскому газу, как для теплоснабжения в условиях зимнего периода, так и для энергообеспечения ее крупнейших промышленных предприятий металлургической и химической отраслей. Даже если все существующие трубопроводы будут использоваться с полной загрузкой, максимальный реверс из Европы не превысит 12 миллиардов кубометров. Кроме того, сотрудничество в газовой сфере является также важнейшим источником бюджетной стабильности Украины. В 2013 году украинская казна получила от «Газпрома» от 3 до 3,1 миллиарда долларов в виде транзитных сборов, и это было весьма существенным денежным поступлением в условиях растущего бюджетного дефицита и государственного долга.

Впрочем, зависимость Украины от России далеко не ограничивается импортом природного газа: третья часть ее экспорта в 2013 году была направлена в Россию (это приблизительно соответствует объемам экспорта в страны Европейского Союза). Разумеется, этот показатель в 2014 году будет гораздо ниже и доля Евросоюза значительно вырастет, вследствие принятого Брюсселем в мае решения о снижении барьеров для импорта из Украины. Как бы то ни было, структура украинского экспорта на эти два рынка кардинально различается. Европа в основном покупает на Украине железную руду, черные металлы, зерно и другую сельскохозяйственную продукцию. Россия, напротив, импортирует оборудование, транспортные услуги и промышленную продукцию, то есть товары и услуги с высокой добавленной стоимостью, обеспечивающие не только большое количество рабочих мест, но и более высокооплачиваемую работу для украинцев.

Более того, миллионы граждан Украины работают в России и постоянно отправляют деньги домой, своим семьям. Так, согласно расчетам Национального Банка Украины, в 2013 году денежные поступления из России составили около 2,62 миллиардов долларов. Причем, эти цифры учитывают только банковские переводы и пересылку через международные службы трансфера. Учитывая простоту пересечения границы в обе стороны, можно предположить, что украинцы, работающие в России, привозят домой в виде наличных денег или товаров приблизительно столько же, если не больше, чем поступает через банковскую систему. Другими словами, перевод средств из России в 2013 году составил приблизительно 3 процента ВВП Украины.

По мнению Шарапа, Путин использовал конфликт в восточных областях Украины, для оказания давления на киевские власти, он обладал возможностью вызывать очередные вспышки нестабильности по своему усмотрению. Конфликт в Донбассе дает ему дополнительные экономические рычаги. До начала кризиса, в Донецкой и Луганской областях проживало около 15 процентов населения Украины, они обеспечивал 16 процентов ВВП страны, 25 процентов объема промышленного производства и 27 процентов экспорта Украины. Коротко говоря, Украина без Донбасса оказалась бы в еще более неустойчивом экономическом положении, чем сейчас. И единственным способом вернуть себе контроль над ситуацией является соглашение с Россией.

Таким образом, с экономической точки зрения, политическое урегулирование между Москвой и Киевом абсолютно необходимо. «Так почему же этот процесс даже не стоит на повестке дня?», задается вопросом автор.

В каком-то смысле, ответ крайне прост: у Киева полностью отсутствуют условия для продуктивного процесса урегулирования конфликта. Во- первых, не достигнуты межпартийные соглашения, обеспечивающие потенциальный результат переговоров, который все стороны могли бы объявить своей победой. Во-вторых, необходима достаточная гибкость переговорных позиций. И, наконец, не наблюдается политической воли к достижению компромисса и его широкой общественной поддержки на Украине.

Анализируя позиции политических партий, Сэмюэл Шарап пишет: «Было множество спекуляций о целях России в украинском конфликте, начиная о обвинений в новом аншлюсе до предположений, что спровоцированная война нужна для повышения уровня внутреннего рейтинга власти. Однако, на самом деле, цели Москвы стали понятны с самого начала кризиса: 15 марта, за день до так называемого «референдума» в Крыму, российский министр иностранных дел Сергей Лавров вручил госсекретарю США Джону Керри проект плана международной акции «Друзья Украины». Предложение было опубликовано в интернете два дня спустя. Главные требования, изложенные в документе: нейтралитет, отказ от радикальных геоэкономических действий и децентрализация власти Киева в пользу регионов».

А каковы же цели Украины и Запада? Номинально, стратегическая цель Евросоюза и США, поддерживаемая нынешними властями в Киеве, является вполне ясной и крайне амбициозной: создание западно-ориентированной, интегрированной в западные структуры, процветающей, территориально целостной и демократической Украины. Однако, при изучении позиций политических партий, вырисовывается довольно мрачная картина. Цели украинских партий относительно какого бы то ни было будущего урегулирования сходятся только в одном: достижение целей одной стороны возможно только при явном ущербе для интересов другой.

Тем временем, полагает Шарап, российский и украинский лидеры готовят общество своих стран скорее к конфронтации, чем к достижению компромисса. Порошенко недавно разместил в твиттере следующий текст: «мы готовы к разворачиванию полномасштабной войны». Более того, на Украине компромисс с Россией рассматривается практически как государственная измена. С другой стороны, хотя контакты с Киевом и не запрещены в Москве, для любого российского правительства, особенно для правительства Путина, совершенно неприемлемо оказаться побежденной стороной в противостоянии, которое нередко называют «битвой за Украину».

Если вообразить, что переговоры между Путиным и Порошенко состоялись бы в политическом вакууме, без исторического фона и процесса ассоциации с Евросоюзом, войны, аннексии Крыма и тому подобного, нельзя исключить, что они могли бы закончиться успешно. Контуры компромисса скорее всего включали бы следующее: повторные гарантии неприсоединения Украины к военно-политическим блокам, взаимно приемлемые торговые соглашения между Россией, Украиной и Европейским Союзом, осуществление плана децентрализации власти, (более амбициозного, чем предложенный Порошенко в июне, но существенно менее радикального, чем мартовские предложения России), восстановление полного контроля Украины на границе с Россией, возможно с помощью размещения международных миротворческих сил на территории Донбасса и т.д.

События уходящего года, считает Шарап, в особенности бесцеремонные действия России на Украине, делают этот сценарий скорее похожим на сказку, чем на историко-политическую гипотезу. Проблема для Украины и ее западных партнеров состоит в том, что Кремль не нуждается в соглашении для достижения своих основных целей в этом конфликте. Он мог бы их достичь просто поставив Украину на колени экономически или продолжая провоцировать нестабильность на востоке страны, которая сделала бы невозможным для Киева осуществить кошмар Путина, то есть присоединение к НАТО и ЕС. Москва предпочла бы подобным сценариям дипломатическое урегулирование, хотя бы потому, что этот вариант связан с гораздо меньшими издержками. Однако, она в нем попросту не нуждается, чего нельзя сказать об Украине.

Вопреки триумфалистской риторике Киева, Украина совершенно очевидно нуждается в соглашении с Россией. Для высокопоставленных политиков Запада именно этот фактор, сильная переговорная позиция России, отличает украинский кризис от все подобных проблем с момента окончания холодной войны. Еще никогда они не сталкивались с крупной ядерной державой в качестве противника в региональном конфликте, разворачивающемся у ее границ. В случае с Косово Россия также была оппонентом, однако Косово едва ли принадлежало к объектам интересов ее национальной безопасности. Украина, напротив, является одним из высших приоритетов. Кроме того, восточная Украина – одно из немногих мест за пределами России, куда Москва может поставлять средства для поддержки повстанческого движения. Даже при условии поставок супер-современного оружия массового поражения в качестве военной помощи от США, Украина не смогла бы подавить восстание, если Россия продолжала бы этому противиться.

Среди всех печальных новостей о провале минских соглашений, поступающих в течение последних недель, легко потерять последнюю надежду. Во-первых, Путин и Порошенко продемонстрировали, что они на самом деле могли бы вести переговоры о компромиссе. Ведь им удалось выработать совместно то, что стало первым минским соглашением, в процессе прямых переговоров. То, что две страны вовлечены в острый конфликт, безусловно, сильно осложнило бы первую попытку достичь соглашения. Было бы более чем удивительно, если бы они сразу перешли от войны к партнерству. Во-вторых, несмотря на весь публичный пафос вражды, совместная работа по некоторым (связанным с минским соглашением) направлениям осуществляется и сейчас: объединенный центр по контролю и координации, состоящий из российских и украинских военнослужащих, продолжает работу по демаркации линии контакта и содействие режиму прекращения огня.

Серьезной проблемой для Запада Шарап считает сочетание поддержки Украины с дипломатической стратегией, призванной помочь Киеву осуществить на остатках минских договоренностей процесс более широкого и эффективного урегулирования отношений с Москвой с целью деэскалации кризиса. Соединенные Штаты должны были бы предпринять все усилия по содействию этим переговорам с такой же, если не большей охотой, с которой они оказывают военную помощь Украине. Американские дипломаты должны были сделать первые попытки достижения компромисса более успешными, чем оказались минские соглашения. Однако, делает вывод Сэмюэль Шарап, похоже, Вашингтон больше заинтересован в поставках бронежилетов, чем в отправке своих спецпредставителей для участия в переговорах.

Приехать в Киев с публичными обращениями к Украине о достижении нового соглашения с Россией было бы политически невозможным шагом для вице-президента США. Так что остается только надеяться, иронизирует автор,  что доставленные радары помогут Байдену сохранить свою привычную тупость во время переговоров за закрытыми дверями с руководством Украины. А что касается самой страны – Украине для выживания нужно урегулирование конфликта.  Альтернативы просто не существует.


1 балл2 балл3 балла4 балла5 балла (5 голосов, среднее: 5,00 из 5)
Loading...Loading...

Понравилась статья?
Поделись с друзьями!

x

Приглашаем к сотрудничеству всех, кто хочет попробовать свои силы в переводе. Пишите.
Система Orphus: Если вы заметили ошибку в тексте, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter Система Orphus



  1. Владимир:

    :-)))
    В далекие 90-е — если у тебя угоняли машину, то менты советовали «договариваться» с угонщиками…. иногда некоторые из них даже сами выступали посредниками…. ;-(
    Одни у других отжали кусок земли … другие настойчиво предлагают договариваться…
    Гопники эволюционируют!!! :-)))

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *