Изучая вероятность российско-китайского альянса

Некоторые аналитики полагают, что 2014 год открыл новую эру геополитики в стиле холодной войны. Тяжёлые экономические санкции Европы и США ослабили связи России с Западом, вызвав у Кремля стремление укрепить отношения с Китаем. Вопрос заключается в том, сможет ли Москва построить настоящий союз с Пекином.

140513-editorial

На первый взгляд это кажется вероятным. Действительно, традиционная теория баланса сил предполагает, что первенство США должно компенсироваться российско-китайским партнёрством.

Возможно, ещё более убедительным это выглядит в свете того, что подобное партнерство имело место в недавней истории. В 1950-х годах Китай и Советский Союз уже объединялись против США. Правда, баланс сместился после визита президента США Ричарда Никсона в Китай в 1972 году. США и Китай начали сотрудничать для ограничения того, что им виделось опасным усилением Советского Союза.

С крушением Советского Союза альянс США и Китая фактически распался, и началось сближение между Китаем и Россией. В 1992 году страны заявили о стремлении к «конструктивному партнёрству», которое через 4 года переросло в «стратегическое партнерство». В 2001 году был подписан договор о «дружбе и сотрудничестве».

В последние годы Китай и Россия тесно сотрудничали в Совете Безопасности ООН. Москва и Пекин заняли сходные позиции по регулированию Интернета. Они использовали дипломатические механизмы – например, в рамках БРИКС или ШОС – для согласования точек зрения. Владимир Путин установил хорошие рабочие отношения с президентом Китая на основе присущего обеим странам отсутствия либерализма и желания противостоять американской идеологии и влиянию.

По-видимому, экономические отношения между странами также прогрессируют. В мае прошлого года, вскоре после присоединения Крыма, Россия объявила о сделке стоимостью 400 миллиардов долларов на поставку 38 миллиардов кубометров газа в Китай в течение 30 лет, начиная с 2019 года. Договор между государственным энергетическим гигантом России «Газпром» и Китайской национальной нефтегазовой корпорацией предусматривает прокладку газопровода длиной 2,5 тысячи километров в китайскую провинцию Хэйлунцзян.

Кроме того, в ноябре «Газпром» объявил о рамочном соглашении на поставку еще 30 миллиардов кубометров газа в провинцию Синьцзян из Западной Сибири в течение 30 лет по ещё одному новому трубопроводу. Если «восточный» и «западный» трубопроводы будут завершены согласно плану, передаваемый по ним объём превысит сегодняшние поставки России своему крупнейшему покупателю, Германии.

Может показаться, что всё это предвещает углубление двусторонних отношений. Но есть и загвоздка: газовые сделки только усиливают значительный торговый дисбаланс, когда Россия поставляет в Китай сырьё и импортирует китайское товары. Газовые сделки с Китаем также не скомпенсируют России доступ к западным технологиям, необходимый для развития арктических месторождений.

В действительности проблемы с российско-китайским союзом даже глубже. Своей экономической, военной и демографической мощью Китай вызывает значительную тревогу в России. Взять хотя бы Восточную Сибирь, где 6 миллионов россиян живут на границе с 120 миллионами китайцев. Обеспокоенность превосходством Китая в обычных вооружениях, вероятно, мотивировала, по крайней мере, частично, объявление Россией в 2009 году новой военной доктрины, предполагающей право на нанесение превентивного ядерного удара. Подобная позиция напоминает ту, что занимала в годы холодной войны силы Америка для компенсации превосходства в обычных вооружениях советских войск в Европе. Эти дисбалансы позволяют предположить, что Россия будет сопротивляться тесному военному союзу с Китаем, даже если взаимовыгодное тактическое дипломатическое взаимодействие продолжится.

Готовность Китая к сотрудничеству с Россией также имеет свои пределы. В конце концов, стратегия развития Китая зависит от его дальнейшей интеграции в мировую экономику – в частности, от надёжного доступа к американским рынкам и технологиям. Легитимность коммунистической партии Китая зиждется на сильном экономическом росте, и Пекин не будет ставить эту стратегию под угрозу ради какого-то «авторитарного союза» с Россией.

Отношения между Россией и Китаем далеко не сбалансированы даже в рамках многосторонних форумов. Учитывая, что экономика Китая больше экономик четырёх остальных стран БРИКС вместе взятых, инициативы группы (в том числе Новый банк развития), вероятно, отражают непропорционально сильное китайское влияние. И хотя ШОС способствовала некоторой дипломатической координации, Китай и Россия остаются ограниченными борьбой за влияние в Центральной Азии.

Российско-китайский союз в ХХ веке был следствием слабости Китая после Второй мировой и в начале холодной войны, но даже тогда это продолжалось немногим более десяти лет. Сегодняшний Китай силён, и вряд ли пойдёт на тесное сближение с Россией. Иными словами, история антизападного российско-китайского союза, скорее всего, не повторится.

Об авторе. Джозеф С. Най – американский политолог и эксперт по международным вопросам.


1 балл2 балл3 балла4 балла5 балла (7 голосов, среднее: 2,71 из 5)
Loading...Loading...

Понравилась статья?
Поделись с друзьями!

x

Приглашаем к сотрудничеству всех, кто хочет попробовать свои силы в переводе. Пишите.
Система Orphus: Если вы заметили ошибку в тексте, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter Система Orphus



  1. Михаил:

    Все же, скудость фантазии страшный порок для того, кто претендует на гордое звание аналитика. А что, если предположить, что Китай обладает иным видением процесса интеграции в мировую экономику, в которой просто нет места США? А если Китай понимает, что развитие высоких технологий в США вошло в имитационную фазу еще в конце 80-х? И айфоны тут не в счет.
    Мысль о собственной исключительности и незаменимости нередко играет с людьми злую шутку.

  2. валерий:

    Хорошо уже то, что время для иллюзий у Запада осталось немного. Отсюда и взлетевший до небес фондовый рынок, добыча сланцевого газа и нефти.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *