Американский аналитик: насколько сильна Россия в военном отношении на самом деле?

newsnet_109586_df5641.jpg

Когда российское Министерство финансов недавно признало, что при нынешних темпах выделения средств для покрытия бюджетного дефицита Резервный фонд может быть полностью опустошен к 2017 году, зарубежные наблюдатели немедленно ухватились за это сообщение. Возникли жаркие споры по поводу того, насколько устойчивой окажется российская программа военной модернизации и сохранится ли способность Москвы продолжать военную кампанию в Сирии, а также оказывать поддержку сепаратистам на востоке Украины. Это стало очередным примером проблемы, которую выявил Майкл Кофман в американской аналитике в отношении России: тенденции «существенно недооценивать либо переоценивать военный потенциал Москвы».

Почему же точная и взвешенная характеристика военных возможностей и намерений России оказалась столь сложной проблемой?

Кремль никогда не отличался прозрачностью во всем, что касается вопросов военной сферы и безопасности, предпочитая держать Вашингтон и НАТО в целом в постоянном недоумении и растерянности. Однако, помимо этого, оценки в отношении России, похоже, диктуются условием, которое можно сформулировать следующим образом: «скажи, что тебе требуется для отражения российской угрозы, и ты все это получишь».

Хотите, например, чтобы ВМС США укрепили свою боевую мощь в восточном Средиземноморье с целью противодействия новой угрозе России с Черного моря? Тогда следует сделать акцент на росте российского влияния после присоединения Крыма, и ее способности занять доминирующее положение в этом регионе. Предпочитаете развертывание военно-морских сил США в других регионах? В этом случае достаточно указать на уязвимость новых российских объектов в Крыму перед атаками авиации наземного базирования и подчеркнуть, что российские военные ресурсы могут быть легко заперты в Черном море и уничтожены.

По целому ряду вопросов, таких как «в какой степени российские вооружения являются просто модернизированными поздне-советскими моделями, а в какой – продукцией абсолютно нового пятого поколения», «способна ли Россия поддерживать темпы боевых вылетов в Сирии на западном уровне», «насколько глубоко нынешние реформы, которые явно привели к появлению эффективных подразделений и кадров, проникли вглубь российской военной машины», споры, похоже, направлены либо на доказательство необходимости наращивания военных расходов США и активизации развертывания войск и военной техники в Европе, либо на доказательство того, что российская военная мощь –лишь химера и можно безопасно продолжать перенос центра тяжести американских усилий на Азиатско-тихоокеанский регион.

Сообщения и оценки, исходящие из того, какую информацию мы можем получить, в условиях отсутствия заранее установленного ответа, возрождается ли военная мощь России, или ее ждет дальнейший упадок, дают искаженную картину. Российские военные реформы и модернизация продолжаются в течение двух последних лет несмотря на обвал нефтяных цен (который привел к снижению доходов), несмотря на западные санкции (которые нанесли удар по доступу к современным технологиям) и несмотря на потерю украинского военно-промышленного комплекса. Решимость Владимира Путина уберечь как можно большие объемы военных расходов от сокращений, осуществляемых Министерством финансов, а также надежда, что демонстрация эффективности российских воздушных, морских и наземных систем вооружений в Сирии подстегнет зарубежные закупки, помогли избежать полной остановки программы модернизации.

Если представить этот сложный вопрос в виде системы уравнений, можно добиться гораздо большей ясности. Итак, при сравнении с военной машиной США, российские вооруженные силы значительно уступают по боевой мощи. Однако, потенциал, которым обладают русские, все же существенно превосходит возможности любой другой постсоветской страны и даже способен бросить вызов европейским армиям, если бы они вынуждены были столкнуться с Россией без поддержки со стороны США. Устаревшие танки советских времен не способны соперничать с современной американской бронетехникой, однако даже Т-72Б3 или Т-80У могут оказаться достаточно эффективными, если у противника недостаточно или совсем нет танков. Бомбардировщики Ту-95, возможно, являются реликтами времен холодной войны, но тем не менее они вполне эффективны в операциях устрашения в отношении стран НАТО или в бомбовых ударах по объектам, не имеющих противовоздушной обороны.

Россия является одной из немногих стран, обладающих реальным экспедиционным военным потенциалом. Однако, опять же, по сравнению с США ее способность быстрого развертывания и переброски значительной численности личного состава является менее надежной и в большей степени основана на импровизации (как в случае с использованием старых турецких грузовых судов под российским флагом для обеспечения поддержки экспедиционных сил в Сирии). Россия может направить небольшие оперативные военно-морские соединения в любую точку мира, и обладает десятками хорошо обученных и оснащенных подразделений, которые способны развертывать летальные вооружения быстро и эффективно. По сравнению с США, эти силы составляют лишь небольшую часть того, чем располагает Пентагон, однако по сравнению с другими странами, которые не могут опереться на защиту Соединенных Штатов, Россия находится в более сильной позиции.

Если бы России пришлось завтра остановить программу военной модернизации, но она оказалась бы способна поддерживать тот уровень военной мощи, который уже достигнут, ее обычные вооруженные силы были бы в состоянии осуществлять несколько маломасштабных интервенций и обеспечивать достаточную степень «блокирования доступа в зону, или A2/AD» в балтийском, черноморском и арктическом бассейнах, чтобы существенно осложнить свободу действий для западных стран.

Если предположить, что цены на энергоносители не поднимутся, а также не произойдет серьезного прорыва ни в Сирии ни на Украине (что могло бы привести с отмене западных санкций), Кремль будет вынужден выбирать, направлять ли средства на продолжение текущих военных кампаний или на усилия по дальнейшей модернизации вооруженных сил. Серьезные новые проблемы, связанные, например, с непрекращающимися кризисами в Центральной Азии, также могут ударить по российским возможностям. Впрочем, Россия еще не достигла той точки, когда она должна будет решать, либо прекратить военные операции, либо отказаться от дальнейшей военной модернизации.

Автор, Николас Гвоздев — американский ученый, изучающий российско-американские отношения, в 2005-2008 – редактор внешнеполитического журнала «The National Interest». Он считается одним из самых последовательных сторонников взаимодействия с Россией и склонен рассматривать правление Владимира Путина в более позитивном свете, чем большинство американских комментаторов.


1 балл2 балл3 балла4 балла5 балла (7 голосов, среднее: 2,57 из 5)
Loading...Loading...

Понравилась статья?
Поделись с друзьями!

x

Приглашаем к сотрудничеству всех, кто хочет попробовать свои силы в переводе. Пишите.
Система Orphus: Если вы заметили ошибку в тексте, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter Система Orphus



  1. Андрей:

    Не тратьте время на прочтение этого бреда, тьфу. Сплошная туфта и ложь.

  2. rudolfus:

    Что это за анализ, если он вообще не учитывает боевой опыт и ядерное оружие??? Пустой набор слов и терминов. Правы те специалисты, кто утверждает, что уровень американской дипломатии, аналитики и образования в целом, за последние 25 лет чудовищно упал.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *