Китайцы хотят, чтобы Россия более активно использовала юань вместо доллара

В ходе инвестиционного форума «Россия зовет!», организованного ВТБ «Капитал» в Москве, в центре внимания оказались два представителя китайского бизнеса. Оба они лоббировали принятие Россией юаня как формы платежей и инвестиций.

Увы, можно сказать, что президент Владимир Путин несколько охладил их пыл. «У юаня имеются ограничения из-за правил конвертируемости, и Китай заявляет, что еще не настало время для полной либерализации валютного рынка, как это произошло в России», – заявил Путин аудитории численностью более 2 тысяч человек в московском отеле Crowne Plaza в прошлую среду.

Первым, кто поднял вопрос об использовании юаня в качестве средства расчетов вместо доллара, был исполнительный директор Фонда Шелкового пути Янчжи Ван. Похоже, что и Китай и Россия входят в список постоянных стратегических противников Вашингтона, поэтому они хорошо осведомлены о рисках, связанных с зависимостью от доллара. Она крайне негативно сказывается на их возможностях по развитию собственной экономики и мешает торговле с другими странами.

По словам Янчжи Вана, деловые отношения между Россией и Китаем укрепляются, но связи в сфере финансов явно отстают и не соответствуют масштабу задач. «Было бы проще, если бы мы могли инвестировать непосредственно в юанях, – сказал он. – Местные банки и иные финансовые организации могли бы проводить обменные операции из юаней в рубли, чтобы облегчить сотрудничество. На наш взгляд, это реальный деловой цикл на будущее. Если идея сработает, поток китайских капиталов в Россию может существенно увеличиться».

Впрочем, на самом деле проблема не в России, а в самом Китае. Пекин не разрешает свободное обращение юаней за пределами страны. Его программа для отечественных квалифицированных инвесторов ограничивает объем средств, которые они могут легально выводить из страны. Никто не обсуждает сегодня увеличения квот, которое, безусловно, понадобилось бы для того, чтобы юань вышел за пределы Китая в качестве актива для частных вложений, например, в российскую недвижимость, сельскохозяйственные угодья или газопроводы в Сибири. У крупных корпораций имеется другой свод правил для иностранных инвестиций.

Фонд Шелкового пути был создан в свое время для инвестирования в проекты, связанные с китайской инициативой «Один пояс, один путь». На сегодняшний день общий объем инвестиций составляет около 30 миллиардов долларов.

Россия занимает первое место в списке инвестиционных направлений фонда, поскольку ему принадлежит примерно 10 процентов акций завода по производству сжиженного природного газа «Ямал СПГ», флагманского китайско-российского инвестиционного проекта, который широко рекламируется как свидетельство формирования нового альянса.

Что касается инвестиций в юанях или рублях, Китай прежде всего заинтересован в том, чтобы они работали в энергетической инфраструктуре и сельском хозяйстве. Это объясняется протяженной общей  границей с Россией. В прошлом году общий объем китайского импорта сельскохозяйственной продукции составил 137 миллиардов долларов, но при этом доля России составила всего лишь 2 процента.

«Я помню, как в прошлом  году президент Путин сказал, что «это не мы стремимся избавиться от доллара, напротив, это доллар угрожает избавиться от нас», – сказал Ван, добавив, что китайские рынки постепенно открываются, и это сопровождается облегчением трансграничных инвестиций в их ценные бумаги».

Так, Шанхайская и Московская фондовые биржи теперь связаны между собой, хотя, по словам представителей Москвы, объемы торговли относительно невелики.

«У России есть возможность войти на новый прибыльный рынок. Доходность 10-летних облигаций Китайской Народной Республики на 150 пунктов выше, чем у 10-летних казначейских облигаций США, и на 300 пунктов выше, чем у еврооблигаций», – сказал Янчжи Ван, пытаясь привлечь аудиторию к освоению «новой Великой китайской денежной стены».

В сентябре нынешнего года российские и китайские информационные агентства сообщили, что Москва и Пекин намерены к 2024  году удвоить объем двусторонней торговли и довести его до 200 миллиардов долларов, в то время как показатель прошлого года составлял 107 миллиардов. Большая часть этого объема связана с инвестициями в Ямал и сельскохозяйственный сектор. Для сравнения, объем двусторонней торговли между Соединенными Штатами и Россией составляет менее 40 миллиардов долларов.

У России, возможно, имеются серьезные проблемы и разногласия с США, но доллар, наряду с евро, пока остается ведущей валютой, доминирующей на рынке России. Путин пока еще не клюнул на юань. Как, впрочем, и остальной мир.

В октябре 2019 года китайский юань опустился на последнюю строчку в списке шести наиболее используемых валют в мировых расчетах. По данным SWIFT RMB Tracker, его доля составила 1,65 процента. Как минимум в течение года на китайскую валюту приходилось примерно 2 процента мировых расчетов.

Даже если бы Пекин увеличил объемы инвестиций в Россию за счет дальнейшей интернационализации своей национальной валюты – что в данный момент маловероятно из-за крайне жестких ограничений – на сегодняшний день на Китай приходится менее 2 процентов прямых иностранных инвестиций в Россию. Скорее всего, рост российской экономики сдерживает не китайский юань.


Добавить комментарий