Россия берет на себя урегулирование в Нагорном Карабахе

Трехсторонняя встреча лидеров России, Армении и Азербайджана в Кремле 11 января, ровно два месяца спустя после заключения перемирия в 44-дневной войне за Нагорный Карабах, может рассматриваться как мощный рывок Москвы к закреплению своих дипломатических достижений на Кавказе. Перемирие успешно соблюдается, и сейчас наступил подходящий момент для России, чтобы наполнить содержанием другие аспекты, согласованные между тремя странами 10 ноября прошлого года в Москве.

В заявлении, опубликованном по итогам встречи, подчеркивается совместное решение о создании трехсторонней рабочей группы России, Армении и Азербайджана на уровне заместителей премьер-министров, при содействии подгрупп экспертов по нескольким направлениям.

«Рабочая группа к 1 марта 2021 года представит на утверждение на высшем уровне перечень и график реализации мер, включающих восстановление существующих и строительство новых объектов транспортной инфраструктуры, необходимых для организации, осуществления и обеспечения безопасности международных перевозок через Азербайджанскую Республику и Республику Армения, а также перевозок, осуществляемых обеими странами, которые требуют пересечения территорий Азербайджанской Республики и Республики Армения», –  гласит документ.

Из последующих комментариев президента Азербайджана Ильхама Алиева следует, что его страна впервые за три десятилетия получит железнодорожное сообщение с Нахчываном, азербайджанским эксклавом в Армении, граничащим с Турцией и Ираном. В свою очередь Армения, не имеющая выхода к морю, получит железнодорожное сообщение с Россией и Ираном.

Исходя из имеющихся подробностей, в центре внимания находится транспортный коридор между основной территорией Азербайджана и Нахчываном по 42-километровой полосе, которую образует армянский район Зенгезур. На протяжении многих лет азербайджанцы были вынуждены добираться до Нахчывана через Иран, а в Турцию – через Грузию. Армения, в свою очередь, выиграет, получив всепогодный сухопутный маршрут в Россию через территорию Азербайджана. В соглашении также упоминалось о необходимости восстановления старых железнодорожных линий, построенных еще в конце девятнадцатого века.

Очевидно, Россия рассчитывает на то, что «любые экономические и инфраструктурные соглашения приобретают политический характер. Если речь идет о транспортных коридорах, это означает безопасность и некое сотрудничество между армянскими и азербайджанскими этническими группами», – сказал на прошлой неделе Андрей Кортунов, генеральный директор российского  Совета по международным отношениям. Согласно оценке Кортунова, хотя достигнутые в прошлый понедельник договоренности не касались основной проблемы, а именно статуса Нагорного Карабаха как такового, который «висит в воздухе», стороны продвигаются в правильном направлении.

«Даже те ограниченные договоренности, что были достигнуты, дают возможность утверждать, что встреча была успешной. Транспорт был использован как нейтральный, технический аспект двусторонних отношений. Теперь, когда первый шаг сделан, должны последовать второй и третий шаги. Таким образом, вслед за открытием транспортных коммуникаций должны быть решены такие вопросы как обмен пленными, возвращение беженцев и условия сосуществования двух этнических  групп», – сказал Кортунов.

Однако не следует ожидать, что все пойдет гладко. Прежде всего, необходимо определить и разграничить роль Турции. По мнению Кортунова, неучастие Турции в московском диалоге выглядит демонстративно. Он тактично объясняет: «Речь идет о том, что Турция – важный сосед, который не может быть полностью отстранен от процессов, происходящих на Южном Кавказе, но российское руководство в очередной раз продемонстрировало, что ключевая роль в урегулировании и последующих шагах принадлежит Москве».

На данный момент существует благовидный предлог, чтобы держать Турцию на расстоянии, пока Москва создает основу для мира. Турции это не нравится, но она проявляет прагматизм. Однако  если Анкаре удастся восстановить дипломатические отношения с Ереваном, все расчеты в одночасье изменятся.

Кроме того, имеются и другие важные факторы. Во-первых, политическое будущее армянского премьер-министра Никола Пашиняна остается неопределенным. Во-вторых, турецкий президент Эрдоган поддерживает Алиева, и они оба могут быть свободными игроками, которым не нравится долгосрочное российское военное присутствие на Южном Кавказе.

Иран также не может устраивать нынешнее устраненное положение. Дело в том, что в силу особенностей нынешнего разрозненного регионального гобелена, у Армении и Азербайджана нет другого выбора, кроме как использовать для транзита иранскую территорию, и Тегеран не желает упускать этот геополитический козырь.

А самое главное, что хотя западные страны пока сохраняют пассивность, подход администрации Джо Байдена остается фактором «Икс». В прошлом месяце американский Конгресс постановил, что «не позднее чем через 90 дней после вступления в силу этого закона директор Национальной разведки должен представить в комитеты Конгресса по разведке письменную оценку по поводу напряженности между правительствами Армении и Азербайджана, в том числе в отношении статуса Нагорно-Карабахского региона».

Очевидно, что Вашингтон готовится к геополитической борьбе на Кавказе. Москва, по всей вероятности, это чувствует, и именно этим объясняется некоторая поспешность, с которой она подстегивает развитие инфраструктуры в регионе. Россия хочет укрепить свои позиции, пока администрация Байдена все еще находится в «младенческом возрасте». Россия движется по пути усиления своего влияния, в то же время имея в виду, что раньше или позже ей придется вступить во взаимодействие с западными державами в рамках Минской группы.

Президент Путин поддерживает контакт со своим французским коллегой Эммануэлем Макроном, поскольку обе страны являются сопредседателями Минской  группы (наряду с США). Представляется, что Россия остается открытой для сотрудничества с Западом, но при этом защищает собственные интересы на Кавказе. Однако очень трудно сказать, является ли это ожидание реалистичным в нынешних условиях напряженности.

Между тем, американские аналитики в последнее время подчеркивают растущее влияние Китая на Южном Кавказе. По оценке Всемирного Банка, за период с 2005 года товарооборот Китая с Арменией вырос примерно на 2070 процентов, с Азербайджаном – на 380 процентов, а с Грузией – на 1885 процентов. Китайские инвестиции также растут, учитывая, что инициатива «Один пояс, один путь» (ОПОП) обладает огромным потенциалом для создания новых предприятий. После недавнего завершения строительства железной дороги Баку-Тбилиси-Карс китайское влияние будет продолжать расти, и в конечном итоге экономическое присутствие неизбежно перерастет в политическое.

Географическое положение стран Южного Кавказа делает их перспективными с точки зрения  транзитных маршрутов для китайских и европейских товаров. Один китайский исследователь даже назвал  недавно Азербайджан «ключевой страной» для экономического коридора Китай –Центральная Азия–Западная Азия в рамках ОПОП. Китай развивает торговый маршрут через Казахстан, который пересекает Каспийское море от казахстанского порта Алатау до Баку.

С точки зрения Соединенных Штатов, Кавказ представляет собой жизненно важную территорию для разжигания напряженности на периферии России, продвижения НАТО на восток, закрепления на богатом нефтью Каспии, контроля одной из главных торговых артерий Китая, ведущей на европейский рынок, а также сдерживания влияния Ирана в регионе.

Самый главный фактор, который должен беспокоить Вашингтон, – это достаточная степень конвергенции между Россией и Китаем, чтобы не допустить попадания Кавказа в геополитическую орбиту США, особенно на фоне консолидации НАТО в Черноморском регионе.

Поделиться...
Share on VK
VK
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on Facebook
Facebook
0