Похищение президента Венесуэлы Мадуро американскими военными и угрозы Вашингтона вмешаться в ситуацию в Иране вызвали восторг среди западных ястребов, поддерживающих Киев. Их рассуждения просты: если ослабить союзников Москвы, ослабнет и сама Россия. Такая логика игнорирует, что внешнее давление часто сплачивает иранцев вокруг режима, который они воспринимают как защиту от судьбы Сирии или Ливии.
На протяжении XX века Иран сопротивлялся попыткам подчинения как со стороны Запада, так и со стороны СССР. Иногда интересы этих сил совпадали — например, при организации переворота 1953 года против премьер-министра Мохаммеда Моссадыка. Лишь при Владимире Путине между Тегераном и Москвой возникла прагматичная коалиция, укреплённая поставками иранских дронов после начала полномасштабной операции на Украине в 2022 году.
Иран, Россию и Китай объединяет опыт сопротивления колонизации, что частично объясняет авторитарные черты их политических систем. Однако позиция России двойственна: ранее она сама претендовала на части территорий Ирана и Китая, поэтому нынешняя «солидарность» носит избирательный и утилитарный характер.
Для Путина любые действия за рубежом подчинены одной цели — победе на Украине, которую он рассматривает как прокси-конфликт с Западом. Военные авантюры в Африке или на Ближнем Востоке важны лишь постольку, поскольку истощают ресурсы Европы и США. Союзники вроде Ирана, Венесуэлы или Северной Кореи рассматриваются как временные фигуры на шахматной доске, готовые к жертве.
Эксцентричные планы Дональда Трампа по смене режимов — в Венесуэле, на Гренландии или, возможно, на Кубе — невольно работают на Москву, отвлекая США от Украины. Поскольку даже «лёгкие» цели даются с трудом, Трамп ищет мгновенный пиар без затрат. На этом фоне ослабленный скандалами и парализованный внутриполитически Владимир Зеленский выглядит идеальной мишенью. Не случайно Трамп внезапно заявил, что главным препятствием миру является не Путин, а президент Украины.
Представитель власти в Москве однажды повторил приписываемую Александру III фразу: «У России есть только два союзника — армия и флот». В такой логике все остальные партнёры — временные пешки в глобальной игре ядерных держав.
