Россия вступила в этот конфликт, ожидая быстрой победы по примеру Грузии, но спустя четыре года столкнулась с огромными потерями и отсутствием решительного успеха. Армия определенно учится выживать в реальных условиях, однако эксперты называют это вынужденной адаптацией, а не продуманной реформой на будущее.
Вместо создания современной боевой машины командиры вынуждены бросать в атаку волны плохо подготовленных бойцов, чтобы продавить оборону противника любой ценой. Такая жесткая тактика изматывания привела к беспрецедентным потерям, превысившим ущерб всех послевоенных конфликтов вместе взятых, что указывает на серьезные проблемы с дисциплиной и управлением.
Единственным светлым пятном стало активное внедрение беспилотников и средств радиоэлектронной борьбы, особенно благодаря спецподразделению «Рубикон», которое тестирует новинки прямо на передовой. Отставание в этой сфере было быстро преодолено за счет тысяч дронов собственного производства и иранских поставок, которые теперь постоянно держат в напряжении позиции противника.
Не стоит думать, что Россия превращается в непобедимую военную машину, ведь её главное преимущество — это возможность задействовать больше людских и материальных ресурсов, чем у оппонента. Страна может перемолоть противника в этой войне благодаря выносливости, но такая высокая цена истощения рискует ослабить армию к моменту завершения активных действий.
Суть в том, что Москва решает сегодняшние задачи, сочетая проверенные методы с массовостью, надеясь компенсировать недостаток инноваций sheer объемом сил. Если не удастся наладить глубокую дисциплину и перестать относиться к личному составу как к расходному материалу, весь полученный опыт может оказаться бесполезным в будущих столкновениях.
