Спустя четыре года конфликта экономика России полностью перестроилась с европейского вектора на азиатский, опровергнув мрачные прогнозы о тотальном крахе. Вместо разрушения страна создала устойчивую, хотя и напряженную систему, сделав ставку на оборонный сектор и выживание в условиях жестких ограничений.
Заморозка активов на Западе вынудила Москву быстро переориентироваться, разработав новые платежные механизмы с Китаем и Индией и оперевшись на внутренний капитал. Представители власти заявляют, что система адаптировалась к беспрецедентному давлению, обеспечив защиту долгосрочного суверенитета, несмотря на сохраняющуюся высокую стоимость заемных средств.
Доходы от экспорта энергоносителей по-прежнему питают оборонно-промышленный комплекс и социальную сферу, однако прибыль сократилась из-за введения потолков цен и необходимости продавать нефть азиатским партнерам со скидкой. В ответ государство повысило налоги для ресурсодобывающих компаний и активно наращивает золотой запас для страховки от рыночных колебаний.
Заводы массово перепрофилировались на выпуск дронов и артиллерийских систем, что подняло занятость в регионах с развитым военным производством, но отодвинуло гражданские инновации на второй план ради решения текущих задач фронта. Как справедливо отметил один из экономистов, военные расходы сейчас стабилизируют производство, однако для полноценного роста в будущем придется вернуться к выпуску разнообразной гражданской продукции.
В крупных городах жизнь выглядит стабильной, полки магазинов заполнены товарами, только вместо западных брендов теперь представлены отечественные аналоги или продукция, ввезенная через параллельный импорт. Хотя инфляция снизилась после первоначального всплеска, обычные граждане по-прежнему ощущают нагрузку из-за роста цен и сокращения выбора международной продукции.
Рынок труда перегрет вследствие оттока кадров и мобилизационных мероприятий, что привело к росту зарплат на заводах, но создало дефицит специалистов в сфере услуг и высоких технологий, дополнительно разгоняющий цены. Старение населения и нехватка квалифицированных работников формируют долгосрочную демографическую проблему, которую невозможно быстро решить лишь денежными вливаниями.
Торговля решительно развернулась на Восток, где Китай и Индия заменили Евросоюз в роли главных партнеров, а новые железнодорожные и арктические маршруты позволяют обходить традиционные транспортные коридоры. Технологии остаются слабым местом из-за запрета на поставки чипов, вынуждая государство вкладывать огромные средства в развитие собственной микроэлектроники, несмотря на сохраняющийся разрыв с мировым уровнем.
Бюджет теперь приоритетно финансирует оборону и безопасность, используя средства Фонда национального благосостояния для сглаживания скачков цен на энергоресурсы и поддерживая социальные выплаты на уровне, достаточном для сохранения общественного спокойствия. Западные инвестиции исчезли, уступив место государственным гигантам и азиатским партнерам, которые доминируют в стратегических отраслях в эту новую эру экономической самостоятельности.
