Украина и Турция: удачный ход европейского энергообеспечения

iStock_000016159503XSmall-resize-380x300Несмотря на то, что в июне Норвегия обогнала Россию по общему экспорту природного газа в Европу, некоторое количество российского газа поступает в Европу через Украину, 60 процентов текущего потребления газа которой зависит от России.

В то время как Украина контролирует 90 процентов поставок газа в Европу, Россия не оставляет попыток использовать экспорт своего газа в Украину для завоевания ещё большего контроля над украинской транзитной системой, в которой она видит стратегическую значимость. Борьба за контроль над экспортом в Европу и персональная борьба Украины за увеличение производства бытового газа и приближение к Европе, с учётом запланированного на ноябрь этого года подписания соглашения об ассоциации с Европейским союзом, обратили особое внимание на энергетическую независимость не только Украины, но и Европы в целом.

С геостратегической точки зрения, Европе нужно приближение к ней Украины, однако она также осведомлена о том, что вследствие можно ожидать ответной реакции от России, которая проявится в виде ограничения энергоснабжения.

Москва, имеющая давние разногласия с Украиной по поводу газа, заявила о повышении цен на газ для Украины, и власти не исключают, что та же судьба постигнет ЕС, который получает почти 40 процентов газа из России. В статье Ричарда Б. Андреса и Михаэля Кофмана значится: «ЕС не должен рассматривать Украину лишь в качестве коммерческой возможности, особенно в свете сегодняшнего слабого спроса на газ, а должен подумать о судьбе европейского энергообеспечения в долгосрочной перспективе, а также ключевой роли, которую в ней продолжит играть Украина. Партнёрство с ЕС нельзя назвать решением всех проблем неблагополучного энергетического сектора Украины, однако оно несомненно снизит нестабильность будущих обсуждений цены, и, возможно, является единственным решением которое не оставляет судьбу Украины целиком в руках России».

За прошедшие восемнадцать месяцев Украина сделала многое для повышения своей энергетической независимости. Недавние тендеры, выигранные компаниями Shell, Chevron и Exxon на разработку украинского Чёрного моря, могут привести к значительному снижению зависимости Украины от российского и европейского экспорта. В то время как полная картина нетрадиционных ресурсов газа должна быть сформирована в ближайшие годы,  ключ к успеху, в случае с Украиной, лежит в инфраструктуре. Если будущее поисков сланцевого газа будет ясным, в целях связи нетрадиционных ресурсов газа с газораспределительной системой нужно будет построить новую инфраструктуру, которая необходима для коммерческой реализации газа.

В документе (англ.) программы Black Sea Trust for Regional Cooperation (BST) значится: «Чтобы удостовериться в том, что работа сообщества Energy Community даёт результаты, в случае введения в эксплуатацию запас сланцевого газа должен быть направлен в восточный район. В частности в Украину, с целью укрепления связей региона с ЕС, и, в результате, увеличения энергетической независимости ЕС от России путём стабилизации энергоснабжения Украины».

Готовящийся выгодный ход?

За последние пять лет импортный потенциал сниженного природного газа Европы заметно вырос; однако высокие цены на СПГ, установленные по требованию Японии, а также возросшая привязанная к нефтяным ценам стоимость, которую СПГ получил в Азии, привели к прекращению большей части его поставок на европейский рынок.

Соглашение Украины и Турции о поставках СПГ через Босфор, обеспечивающий доступ к чёрному морю, может стать наиболее значительным достижением европейской энергообеспеченности. Такое соглашение окажет понижающее давление на текущие цены на СПГ из-за высокого спроса и страховых взносов в Азии, и в итоге обеспечит Европу дешёвым сланцевым газом через конкурентоспособный альтернативный рынок.

Эта идея была развита Робертом Беншем, который является советником по вопросам энергоснабжения украинского вице-премьера Юрия Бойко, управляющим компанией Pelicourt Limited, и главным советником американской компании Cub Energy Inc., которая работает как в Украине, так и в Турции.

Без соглашения Украины и Турции о поставках сниженного природного газа через Босфор, возможность экспорта СПГ в Европу исчезнет, и до 2023 года Россия продолжит обеспечивать Европу как минимум 30-ю процентами природного газа.

Согласно указаниям (англ.) Европарламента, «Европейский союз может и должен принимать более активное участие в формировании безопасной среды Чёрного моря. Будучи полноценным региональным игроком, он должен продвигать сотрудничество на равных основаниях, и воздержаться от роли спонсора, которую он играет, например, в Средиземноморье. Будучи привилегированным партнёром всех стран региона, ЕС должен использовать двусторонние отношения с каждой из них, в том числе с Россией и Турцией, в целях содействия обеспечению безопасности Черноморского региона».

Отчёт научно-исследовательской службы конгресса США (англ.) соглашается с этой точкой зрения, утверждая: «Развитие транспортировки и создание приёмных устройств сниженного природного газа (СПГ) в Европе от таких отдалённых поставщиков, как Нигерия, может стать ещё одной программой действий. Наряду с разработкой нового нефтегазопровода, от членов НАТО (и/или ЕС) может поступить предложение об обеспечении безопасности энергетической инфраструктуры в периоды беспорядков или конфликтов в странах поставщиков и в транзитных государствах».

По словам Бенша, как для Украины, так и для Турции такое соглашение будет ещё и огромным продвижением в экономическом и политическом планах.

Для Украины СПГ является ключом к энергетической независимости. Для Турции СПГ – ключ к превращению в один из важнейших энергетических центров между Ближним Востоком и Европой. В сочетании с Транс-Анатолийским газопроводом, который будет доставлять азербайджанский газ из Шах-Дениз через территорию Турции на европейские рынки, контроль над сегментом СПГ через Чёрное море обеспечит Турции более масштабное влияние, чем у какого-либо другого игрока Европы. Как для Украины, так и для Турции это будет означать больший доступ к экономическим преимуществам Европейского союза, контроль над европейским рынком СПГ, а также увеличение политического влияния на континенте, которое сделает обе страны стратегическими игроками мирового уровня.

Преимущества для Украины и Турции весьма значительны:

Преимущества для Украины

  • Независимость от России
  • Больший доступ к Европейскому союзу, при котором Киев получит возможность занимать активную позицию в делах
  • Политические связи в Вашингтоне, который заинтересован в заключении украино-турецкой сделки по СПГ, особенно в части о катарском газе вместо иранского
  • Контроль над европейским рынком СПГ
  • Экономическое процветание благодаря стимулированию сфер промышленности, связанных с тяжёлым газом
  • Стратегическое позиционирование и влияние, выходящее за пределы Европы и распространяющееся на Ближний Восток/регион Персидского залива, особенно на соперничающие Катар и Иран

Преимущества для Турции

  • Контроль над европейским рынком СПГ
  • Повышение статуса с простого транзитного государства до энергетического центра территории между Ближним Востоком и Европой
  • Политическое влияние в Европе и доступ к ЕС на условиях Анкары
  • Политические связи с Вашингтоном
  • Стратегическое позиционирование в качестве энергетического центра, которое сделает Турцию распорядителем от Европы на Ближнем Востоке
  • Диверсификация предложения, с меньшей опорой на российские и иранские поставки, а также поставки из таких формирующихся африканских центров влияния как Ангола и Гана

Сроки заключения соглашения играют крайне важную роль, так как из окна возможности необходимо извлечь выгоду до того как в эксплуатацию войдут новые трубопроводы, и пока двое сильнейших мировых игроков в вопросах газа – Катар и Иран – заняты отчаянной гонкой за право заполучить европейский рынок. Если за этот период времени планы о подписании соглашения по СПГ укрепятся, оно скорее будет диктовать свои правила, чем служить запоздалым шагом по обеспечению газового будущего Европы.

В связи с этим, совместно Украина и Турция уже имеют определённое влияние за столом переговоров, особенно в отношении поставок газа из Катара, который так и рвётся на более широкий европейский рынок. Сроки крайне важны, поскольку Иран, страдая от экономических санкций, приведших к массовой безработице и рецессии (в возрастной группе до 35-ти лет наблюдается уровень безработицы более 40-ка процентов), пытается получить доступ к рынкам, от которых в данный момент он отрезан; и этому факту нет лучшего подтверждения, чем текущий пересмотр британским правительством эмбарго на совместное предприятие British Petroleum с иранской National Gas Company. Одним дополнительным фактором конфликта с Сирией были планы Катара против Ирана о прокладывании трубопровода через территорию страны в Турцию, взор которой направлен прямо на европейский рынок.

В связи с временны́ми ограничениями, Украина и Турция заняли бы более выгодную стратегическую позицию, если бы они заключили договор о СПГ до начала Второй фазы добычи в азербайджанском Шах-Дениз, и до начала функционирования Транс-Анатолийского газопровода. Цена СПГ менее стабильна из-за азиатского рынка, и для СПГ более выгодным было бы укрепить этот рынок, в связи с заключением фьючерсных сделок по запасам природного газа в Шах-Дениз, которые уже были сданы в аренду девяти европейским компаниям на 25 лет.

Реализация другого проекта по добыче СПГ в Чёрном море – азербайджано-грузино-румынского Interconnector  (AGRI) – также отложена в связи с выводом, что европейский спрос к данному проекту не готов. Это ошибочное мнение, основанное на спровоцированных Азией ценовых всплесках и сокращениях поставок с европейского рынка. В данный момент вышеупомянутая программа томиться в ожидании развития рынка. Это хорошая возможность для украино-турецкого соглашения о СПГ. Кто первым начнёт разработку, тот и получит контроль над рынком.

Согласно проекту AGRI, природный газ планируется транспортировать из Каспийского региона (в первую очередь Туркменистана) в Европу. Проект разработан как часть Южного коридора и наикратчайший прямой путь для каспийского газа на европейские рынки. В случае реализации, AGRI будет транспортировать азербайджанский СПГ в Грузию через Чёрное море, к конечной станции газопровода, которую планируется построить на румынском побережье Чёрного моря, а затем передавать газ по трубам в Венгрию через трубопровод с Румынией, откуда он направится в Европу.

Меморандум о договорённости по этому проекту Румыния и Грузия подписали ещё в апреле 2010 года, однако с тех пор было предпринято не много. Проект требует не только постройки станции регазификации сжиженного газа в Румынии, но ещё и ожижительной установки в Грузии.

Разработка средиземноморских СПГ-проектов также приведёт к соперничеству за стратегическое позиционирование, так эти проекты могут стать ещё одним переломным фактором для Европы. Потенциальные проекты здесь (в первую очередь Кипр и Израиль) до сих пор не утверждены, однако в случае реализации они по привлекательной цене предложат газ юго-восточным европейским рынкам с высоким спросом. При отсутствии соглашения об СПГ Украины и Турции, Кипр и Израиль имеют шансы захватить европейский рынок со средиземноморской стороны. Сроки имеют решающее значение, и преимущество достанется тем игрокам, которые увидят возможность заполнения давно пустующей ниши в поставке СПГ, образовавшейся вследствие изменения маршрута поставок в Азию.  Украина имеет возможность заполнить эту нишу и получить контроль над рынком.

Роль СПГ в энергообеспеченности Европы

Кратко о европейском рынке СПГ:

  • По сравнению с 2011 годом, в 2012-ом поставки СПГ в ЕС упали на 31 процент. Импорт из Катара снизился на 35 процентов, из Нигерии на 31, и из Алжира на 18 процентов, в то время как импорт в Азию возрос до 70-ти процентов.
  • На сегодняшний день поставки СПГ соответствуют этой тенденции понижения.
  • К первому кварталу 2013 года объём передающегося из СПГ-терминалов в трубопровод газа (направляемого в газораспределительную сеть) в Соединённом Королевстве, Нидерландах и Бельгии сократился на 60 процентов за тот же период времени в 2012 году. Также на 40 процентов количество транспортируемого газа сократилось во Франции, и на 30 в Испании, Италии и Португалии.
  • Средняя договорная цена товарного природного газа в Европе – примерно десять долларов за млн. БТЕ, в то время как средняя договорная стоимость СПГ равна одиннадцати долларам сорока центам за млн. БТЕ (цена СПГ разнится по всей Европе).
  • В Японии цены на СПГ примерно на 40 процентов выше (по состоянию на первый квартал 2013 года) чем, например, договорные цены Британии.

СПГ в Европе – настоящее и будущее

К концу 2012 года, СПГ составлял 19 процентов европейского газообеспечения, а 81 процент приходился на природный газ, доставляемый по трубопроводу.

Японская катастрофа в Фукусиме заставила европейские страны пересмотреть свою ядерную политику, что привело к сосредоточенности на угле, природном газе и СПГ. До Фукусимы природному газу предпочитался СПГ, поскольку в то время поставки были больше, а цены ниже чем на газ передающийся по трубам. В результате катастрофы в Фукусиме и последовавшего за ней отказа Японии от использования ядерной энергии, Япония и другие страны Азии, готовые платить больше, обратились к использованию СПГ. Это привело к повышению цен на СПГ и перенаправило поставки на азиатский рынок. Вдобавок это привело к снижению количества европейских проектов по производству СПГ. Это, в свою очередь, привело к нехватке газа, в условиях которой поставки СПГ больше не соответствуют растущему спросу стран Азии, а также наблюдается нехватка долгосрочных обязательств по закупкам СПГ в Европе. Это важное окно возможности на рынке для Украины и Турции.

Поскольку Азия заключает долгосрочные договоры о СПГ с высокими, привязанными к нефтяным, ценами, появляются предположения, что в ближайшем и среднесрочном будущем доступ Европы к СПГ будет ограничен, и сопровождаться это будет восстановлением спроса и возрастающим нежеланием использовать зольный уголь для генерирования энергии.

За прошедшее десятилетие мировые поставки СПГ увеличились вдвое, а объёмы регазификации и транспортировок утроились. Исключение составляет Европа, где Украина и Турция находятся в выгодном положении для извлечения преимуществ из этой пустующей ниши поставок СПГ перед возрастанием спроса и исчезновением возможности стратегического позиционирования.

В течение следующего десятилетия рынок СПГ расширится до глобального уровня, и спрос на СПГ в Европе, скорее всего, возрастёт, даже не влияя на поставки природного газа. Таким образом, вместо соперничества Транс-Анатолийский газопровод и украино-турецкое соглашение о СПГ будут работать в тандеме с целью получения контроля над ещё большей долей рынка.

Если Россия решит строить в Турции хранилища для природного газа (идея, к которой ранее в этом году проявил интерес Газпром), Турция потеряет свой шанс получить максимальное политическое влияние. Прошедшей зимой этого года, после резкого повышения спроса, Газпром перенаправил свой природный газ из европейских хранилищ в Турцию. Это подсказало России оправдание для потенциального строительства в Турции сооружений для хранения газа с целью якобы прийти на помощь в момент, когда запасы истощатся. Однако в теории это будет означать повышенное влияние России на Турцию, которое негативно скажется на стремлении Турции стать энергетическим центром, и лишь укрепит зависимость страны от российских поставок, которые уже составляют 58 процентов всех поставок газа в Турцию.

Соглашение с Украиной о СПГ даст Турции больший доступ к дополнительным альтернативным поставкам, и это, в сочетании с ожидаемым повышением азербайджанских поставок из Шах-Дениз, позволит Турции стать настоящим, многоотраслевым энергетическим центром.

Катар уговаривает Украину и Турцию на поставку СПГ через Босфор. С точки зрения Катара, если его СПГ будет проходить через контролируемый Турцией Босфор, это нанесёт сокрушительный удар по Ирану. Сам по себе, Катар видит, что в этой ситуации Турция выступает в роли ключевого геополитического деятеля на энергетической арене. Рассуждая таким образом, Катар считает, что в данный момент Россия не способна помешать заключению украино-турецкого соглашения по энергоресурсам, сосредоточенного на катарском газе.

С геополитической точки зрения, если бы Украина и Турция переправляли катарский газ через Босфор на европейские рынки, это помогло бы сбалансировать мощь российско-иранской оси. Что, в свою очередь, изменило бы геополитическую динамику, и благодаря своему стратегическому расположению в качестве энергетического центра Ближнего Востока и Европы Турция стала бы ведущей силой.

Турецкий и Украинский интересы могут либо объединиться, либо разойтись, что было бы нецелесообразно как в виду потребности в поставках газа, так и для энергообеспеченности Европы. Конкуренция между Украиной и Турцией ощутима, хотя лишь объединённые, взаимодействующие усилия обеих стран могут привести к рождению нового энергетического центра влияния.

За СПГ будущее, и в средне- и долгосрочной перспективе спрос на него значительно возрастёт по всему миру, в том числе и в Европе.

С каждым годом становится всё более понятно, что на поставки товарного газа негативно влияют экономическая и геополитическая обстановки. Это ограничивает пространство для маневрирования потребителей, особенно тех, которые зависят от немногих, или одного, источника поставок. Несмотря на размер первоначальных затрат связанных с сооружением объектов для его обработки, СПГ способен обойти большую часть этих препятствий.

В виду отсутствия контрактов о трубопроводах, рынок СПГ довольно гибок.

В будущем СПГ станет ключевым топливом, и те, кто первыми захватят черноморский рынок СПГ, получат статус наиболее влиятельных игроков на мировом рынке энергоресурсов. Также в расчёт стоит взять судостроение и судоходство Чёрного моря, которое в будущем, вероятнее всего, будет переведено на СПГ, так что новые и преобразованные транспортные средства будут работать именно на этом газе.

1 балл2 балл3 балла4 балла5 балла (Голосов нет)
Loading...Loading...

Понравилась статья?
Поделись с друзьями!

x

Приглашаем к сотрудничеству всех, кто хочет попробовать свои силы в переводе. Пишите.
Система Orphus: Если вы заметили ошибку в тексте, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter Система Orphus



  1. Гундарев Виктор:

    Статью писал не профессионал, который не понимает ограниченные возможности добычи сланцевого газа. Даже в США многие уже поняли это и не делают на него ставку, продолжая ориентироваться на Ближний восток. СПГ из добываемого традиционным способом газа неизбежная необходимость для доставки от отдаленных поставщиков. СПГ делает рынок природного газа более разветвленным. Но и количество потребителей возрастает с появлением новых экономически развивающихся стран. Россию не должно волновать повышение конкуренции на поставку энергоресурсов в Европу. В перспективе на первое место по потреблению энергоресурсов выходит азиатско-тихоокеанский регион, и России есть куда перенаправить их поставку. Поэтому нет необходимости цепляться за Западную Европу. При не выгодных условиях Россия может и отказаться от поставок туда газа. Так что отказ Западной Европы от российского газа по политическим мотивам, России не повредит, но наверняка негативно скажется на экономике Западной Европы, так как сделает поставку газа не стабильной.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *