Границы партнёрства США и России

Профессор Джорджтаунского университета Анджела Стент была советником по России при Билле Клинтоне и Джордже Буше и посвятила свою карьеру российско-американским отношениям. В своей книге «Границы партнёрства» она объясняет, почему после окончания холодной войны отношения России и Америки складываются так непросто.

Russia's Foreign Minister Lavrov and U.S. Secretary of State Kerry attend joint news conference after their meeting in Moscow

Стент начинает книгу с анализа различий в оценках российскими и американскими политологами периода окончания холодной войны. Затронув чересчур оптимистичные надежды российского общества, связанные с переходом от коммунистического авторитаризма к демократии, Стент углубляется в политическую историю страны.

«Царистское государство, где власть передавалась по наследству и где элита (её социальный статус и материальное благосостояние) была зависима от воли одного правителя, сменило советское патримониальное государство, где вся власть была сконцентрирована в руках коммунистической партии. Ни одна из этих систем не предусматривала уважение к правам собственности и нормам права».

Стент отмечает, что Владимир Путин также является наследником этой идеологии авторитаризма, её концепции власти и политики. Эта идеология продолжает существовать, и многие россияне её поддерживают, поскольку демократические эксперименты 1990-х годов большинство из них помнит как период «хаоса, неопределённости и унижений со стороны Запада».

В самом начале переговоров между Клинтоном и Ельциным, объясняет Стент, американские чиновники игнорировали беспокойство Ельцина по поводу уязвимости своей страны. Российская сторона продолжала надеяться, что после окончания холодной войны отношение к ней изменится. Они не дождались проявления уважения к своим интересам ни при Ельцине, ни при Медведеве, ни при Путине. Не удивительно, что раздражение российских лидеров нарастало.

По мнению Стент, человеческие эмоции были невероятно важны в развитии американо-российских отношений с 1991 года. Например, в то время как в администрации Буша полагали, что их «план освобождения» заключался в укреплении демократии, который не вредит российской национальной безопасности, Россия восприняла этот план как попытку ослабить её геополитическое влияние.

Далее Стент убеждает своего читателя в том, что ключевой причиной проблем в отношениях между двумя странами стал тот факт, что Путин в своё время ошибочно посчитал себя важным партнёром для США.

Когда Путин шёл на уступки (ввод войск НАТО в Афганистан, торговые возможности, соглашения по вооружениям), он ожидал от президента США ещё больших уступок в ответ.

В частности, российский лидер считал, что Соединённые Штаты должны позволить Восточной Европе оставаться под российским «зонтом» и непосредственным влиянием. Когда эти ожидания не оправдались, президент Путин воспринял игнорирование своих интересов как оскорбление со стороны Америки.

Что ещё поражает в анализе Стент (наиболее полном на сегодняшний день) — это высокомерие, с которым администрация Обамы полагала, что президента Путина без труда можно сделать своим союзником. Стент объясняет, что печально известная «перезагрузка» была частью более масштабного заблуждения насчёт того, что уступки окажутся взаимными.

Эта иллюзия существовала на фоне неоднократного предательства союзников со стороны США. После первых шагов по расширению НАТО Россия хранила молчание. Затем, летом 2009 года последовал отказ от политики сокращения наступательных вооружений президента Буша. Обама дал понять, что уступок президенту Путину не будет. По мнению Стент, эта неуступчивая позиция американского президента стала одним из факторов, способствующих вмешательству России в Украинский кризис.

Стент также говорит о том, что основной проблемой в отношениях двух стран после окончания холодной войны стали подчас противоположные цели во внешней политике. В Сирии, объясняет Стент, российская политика была продиктована скорее поиском экономических возможностей, чем гуманитарными соображениями. В то же время Путину удаётся найти «рычаги» для разрешения подобных международных споров. При этом он не намерен согласовывать свои действия с ключевыми интересами США в регионе.

Стент также говорит о том, что, по её мнению, обладает всё возрастающим влиянием на внешнюю политику России: озабоченность по поводу сланцевой революции США, которая может повлиять на российский энергетический рынок, который является основным источником доходов страны.

Как ни удивительно, в финале книги Стент приходит к достаточно оптимистическому заключению. По её мнению, в области экономики и торговли между нашими странами существует масса нереализованных возможностей. Американским лидерам стоит перенести своё внимание с крупных амбициозных целей и исторического партнёрства на более прагматичные, мелкие задачи в отношениях с Россией, и на взаимные компромиссы.


1 балл2 балл3 балла4 балла5 балла (4 голосов, среднее: 3,25 из 5)
Loading...Loading...

Понравилась статья?
Поделись с друзьями!

x

Приглашаем к сотрудничеству всех, кто хочет попробовать свои силы в переводе. Пишите.
Система Orphus: Если вы заметили ошибку в тексте, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter Система Orphus



  1. Ivanych:

    Одно имя ей — ТП (тупая п…). Если уж она считается экспертом по России, то я не удивляюсь, откуда берутся Псаки.
    Могу обосновать.

  2. миро:

    Думаю, заманивают, если судить по последнему абзацу. Вестись на это нельзя. С США не может существовать половинчатых решений, компромиссов и договорённостей: они их выполняют только если им некуда деваться. Выводы — очевидны…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *