Предпринимательство в Америке: пациент скорее мёртв, чем жив?

На данный момент, США занимают уже не первое, не второе и даже не третье, а 12 место по количеству открываемых стартап-компаний среди развитых стран. Такие страны, как Венгрия, Дания, Финляндия, Новая Зеландия, Швеция, Израиль и Италия имеют более высокие показатели по стартапам, чем Америка. Businesspeople Meeting in Sitting Area США отстают по показателю открытия новых фирм на душу населения и это наша единственная и самая главная экономическая проблема. Но складывается такое впечатление, будто это тайна за семью печатями. Ни средства массовой информации, ни политики никогда не скажут вам о том, что, впервые за 35 лет, коэффициент смертности американских фирм превысил их рождаемость (коэффициент высчитывается из расчёта числа вновь создаваемых и ликвидируемых фирм на 1000 действующих; прим. mixednews). Бюро переписи США сообщает, что, впервые с начала ведения подобной статистики, показатели по общему количеству открытых и закрытых компаний за год (собственно, коэффициент рождаемости и смертности американского бизнеса) пересекли друг друга. Речь идёт о компаниях-работодателях, имеющих в своём штате как минимум одного сотрудника, то есть мы говорим о реальных двигателях экономического роста. Ежегодно, по всей стране открывается 400 тысяч новых компаний, в то время как 470 тысяч закрывается. И, скорее всего, вы раньше никогда не видели этого графика. 616sgtntbeas692w57hlvq “Процент по закрываемым компаниям остаётся на одном уровне, процент стартапов падает”: в течение последних 30 лет число новых компаний, открываемых в США, неуклонно падает. В 2008 году показатель по стартапам достиг критической отметки, когда коэффициент рождаемости нового бизнеса оказался ниже коэффициента смертности впервые за всё время ведения учёта этих показателей. Тёмно-зелёным цветом представлен процент закрытых фирм, светло-зелёным – открытых. Вплоть до 2008 года число стартапов ежегодно превосходило количество предприятий-банкротов примерно на 100 тысяч. Но за последние шесть лет цифры неожиданно поменялись местами. И без подводных камней тут не обходится. С точки зрения выживания бизнеса, у нас на счету минус 70 тысяч. А учитывая, что Бюро переписи предоставляет статистические данные крайне нерасторопно (да ещё через Управление по делам малых предприятий), информация отстаёт от режима реального времени на два года.     Общее количество стартапов в США стремительно падает До 2008 года число стартапов ежегодно превосходило количество предприятий-банкротов примерно на 100 тысяч. Но за последние 6 лет эти цифры поменялись местами и общее количество стартапов по сравнению с ликвидированными компаниями составляет минус 70 тысяч. ciavniuad06fxohwao4d3a “Общее количество стартапов в США стремительно падает”: До 2008 года число стартапов ежегодно превосходило количество предприятий-банкротов примерно на 100 тысяч. Но за последние 6 лет эти цифры поменялись местами и общее количество стартапов по сравнению с ликвидированными компаниями составляет минус 70 тысяч. Зелёным цветом показано общее количество новых фирм. Я подозреваю, что никто не говорит о коэффициенте рождаемости и смертности американского бизнеса, потому что и Уолл-стрит, и Белый дом (вне зависимости от того, какая партия его занимает) – это два исполина искусства убеждения. Белому дому необходимо держать вас на коротком поводке, потому что правящей политической партии нужен ваш голос. Уолл-стрит же нужно поддерживать рост фондового рынка, даже если расти он будет за счёт иллюзий. Так что они в унисон твердят нам о том, как растут экономические показатели. Но давайте начистоту: ни один экономический показатель не вырастет, пока мы не изменим коэффициент рождаемости и смертности предпринимательства в Америке. Опасные заблуждения Заблуждения по важнейшему за последние 50 лет вопросу, — откуда берутся рабочие места, — могут привести к катастрофическим последствиям. Наше правительство по-прежнему считает, что экономическому росту и, соответственно, созданию рабочих мест способствуют инновации. Так что мы продолжаем инвестировать в них миллиарды. Но инновации бесполезны, пока предприниматель не создаст для них бизнес-модель и не превратит их в то, что люди будут готовы покупать. Тем не менее, нас продолжают убеждать в том, что мы движемся в правильном направлении и не нуждаемся в смене стратегии, вот мы и идём в сторону национального упадка, полагая, что нас спасут инновации. Не хочу показаться пессимистом, но когда малый и средний бизнес исчезает быстрее, чем появляется, то же самое происходит и со свободой предпринимательства. А когда умрёт свободное предпринимательство, Америка умрёт вместе с ним. Посмотрим на статистику. Из источников, которые вполне заслуживают доверия во всех прочих вопросах, вы будете часто слышать, что Америка насчитывает 26 миллионов компаний. Это заблуждение. 20 миллионов этих указанных “компаний” – неактивные предприятия без продаж, прибыли, клиентов или сотрудников. Единственно полезные и показательные цифры – количество функционирующих на данный момент предприятий, имеющих одного или более сотрудников. В Соединённых Штатах всего 6 миллионов компаний с одним и более сотрудниками. Из них – 3,8 миллионов насчитывают 4 и менее работников: небольшие магазины, принадлежащие людям, которые не бизнес пытаются устроить, а жизнь. Дай Бог им здоровья. Это то, ради чего Америка и существует. Мы нуждаемся в каждом из них. Далее, существует около миллиона фирм, имеющих в своём штате от 5 до 8 работников, 600 тысяч предприятий, насчитывающих от 10 до 19 сотрудников, и 500 тысяч компаний, предоставляющих от 20 до 99 рабочих мест. Имеется 90 тысяч предприятий, на которых трудятся от 100 до 499 людей. И существует всего 18 тысяч компаний с более чем 500 сотрудниками, в том числе, около тысячи предприятий с 10 тысячами и более работников. В целом, они и представляют собой всю корпоративную Америку. Позвольте мне быть предельно ясным: корпоративная Америка гораздо важнее для безопасности Соединённых Штатов, чем наша военная сила. Поскольку, если первая не будет процветать и оставаться стабильной, то вторая прекратит своё существование. Мы располагаем огромной военной мощью только благодаря растущей экономике, которая до сих пор позволяла правительству платить по счетам. Когда 28 июня 2011 года на слушаниях в сенате бывшего председателя объединённого комитета начальников штабов вооружённых сил США, адмирала Майка Маллена попросили озвучить главную угрозу безопасности Соединённых Штатов на данный момент, он назвал не Аль-Каиду и не ядерный потенциал Ирана. Он ответил: “Я считаю наш долг главной угрозой нашей национальной безопасности”. Упадок бизнеса ведёт к снижению расходов на социальные программы Не стоит забывать, что эти 6 миллионов предприятий, особенно мелкий и средний бизнес, обеспечивают рабочими местами более 100 миллионов американцев и представляют собой большую часть всей налоговой базы. Эти малые, средние и крупные предприятия сформировали крупнейшую экономику мира, благодаря чему страна смогла позволить себе чрезмерные военные и социальные расходы и выплаты. И мы себе в этом не отказывали, потому что до сегодняшнего дня занимали доминирующую позицию в мировой экономике. Когда перестают появляться новые компании, система свободного предпринимательства приходит в упадок и вместе с ней исчезают рабочие места. А без растущей системы свободного предпринимательства, без растущей предпринимательской экономики, не будет новых рабочих мест. Это означает сокращение доходов, понижение заработной платы, подлежащей налогообложению, с последующим урезанием социальной помощи пожилым и бедным людям, снижение финансирования армии, системы образования, инфраструктуры. В общем, резко сокращающийся доход на всё. Америка обладает крупнейшей налоговой казной в мире, потому что более 300 миллионов её граждан производят и владеют одной четвёртой всех мировых богатств. Соединённый Штаты разгромили всех в борьбе за свободу предпринимательства, создание бизнеса и построение будущего. И до недавнего времени весь мир восхищался экономическим успехом Америки. Но сейчас мы стремительно теряем хватку, а всё, что мы пытаемся сделать для решения проблемы, в корне неверно. И вот почему: предпринимательство не встроено в нашу культуру также систематически, как инновации или интеллектуальное развитие. Да, вы может сказать, что видите много примеров предпринимательской активности в стране. И это правда. Но на данный момент предпринимательская деятельность находится в состоянии упадка впервые за то время, как правительство США стало вести по ней статистику. Вся страна и, как следствие, весь мир находятся в плену опасного заблуждения, из-за которого и Америка, и весь мир только усугубляют ситуацию. И люди знают это, хотя не могут объяснить, откуда. Когда сайт Gallup.com провёл опрос среди американцев с просьбой оценить, насколько сильно их волнуют трудности, испытываемые страной, тремя основными проблемами, которые “значительно” беспокоили респондентов, стали экономика (59 процентов), федеральные расходы и дефицит бюджетных средств (58 процентов), и доступность здравоохранения (57 процентов). Чем больше мы полагаемся на ошибочную веру нашего руководства в инновации, тем быстрее глохнет наш “двигатель”, и появляется всё больше людей, справедливо озабоченных проблемами экономики. А всё потому, что мы путаем причину и следствие экономического роста, причину и следствие создания новых рабочих мест. И чтобы вновь войти в привычную колею, мы должны перестать возлагать все надежды на инновации и сосредоточиться на всемогущих предпринимателях и основателях бизнес-компаний. А это значит, что нам нужно их найти. Автор: Джим Клифтон, председатель и генеральный директор Gallup, автор книг “The Coming Jobs War” и “Entrepreneurial Strengths Finder”


1 балл2 балл3 балла4 балла5 балла (Голосов нет)
Loading...Loading...

Понравилась статья?
Поделись с друзьями!

x

Приглашаем к сотрудничеству всех, кто хочет попробовать свои силы в переводе. Пишите.
Система Orphus: Если вы заметили ошибку в тексте, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter Система Orphus



  1. Николай:

    Низкие процентные ставки в США делают неинтересными реальные инвестиции и опережающий рост производительности труда. Одновременно сложился приоритет для кредитно-финансовых операций по участию в повышательном ралли на фондовом рынке. Это ситуация отложенного фондового кризиса для США, т.к. любое повышение процентных ставок с высокой вероятностью его вызовет. Рост курса доллара, через который провокационно обваливаются другие валюты, делает продукцию США неконкурентоспособной.
    Снижение цен на нефть через кризис сланцевой нефти вместе с ухудшающейся (итак нарисованной) экономической статистикой США может создать повод для обвала (по аналогии с ипотечным кризисом) и тем самым подготовить выход из этого порочного круга. А включение денежного смягчения в США вдогонку за европейским (если последнее будет принято) может на этот раз действительно обосновать постепенный рост процентных ставок в США. Но Штаты всячески маскируют необходимость корректировки процентных ставок, стараясь по привычке завалить других и получить новую отсрочку. Во всей этой «мочиловке» США уже не интересуют по большому счету ни инновации, ни собственный народ, ни опережающий рост производительности труда. Их заботит только собственное право печатного станка. Чтобы выжить другим надо научиться создавать собственные деньги. Кроме того, достаточно подняться цене физического золота и доллар рухнет, подняв свои процентные ставки. Только надо ли теперь это развивающемуся миру? Или пусть доллар «скукужится» вместе с экономикой США? Последнее целительнее для мировой экономики, для которой плановые начала в условиях рынка неизбежны.

    • mike:

      Вообще-то низкие процентные ставки делались из расчета повышения доступности кредитов, и как следствие, для безудержного роста американской экономики. Но что-то не получилось, получилось другое, кредиты стали брать на то, чтобы тут же купить акции компаний, которые в свою очередь ничего не производят, но благодаря притоку денег на фондовый рынок, капитализация компаний растет, отчеты показывают, что инвесторы верят в США.
      Снижение цен на нефть, также должно было подтолкнуть рост экономики. Любопытно будет посмотреть, куда пошли сэкономленные деньги.
      А доллар продолжит дорожать, т.к. в предверии кризиса, куда еще выводить деньги с фондовых и сырьевых рынков? только в доллар.

  2. Василий:

    На мой взгляд то, что западная валютная система предлагает как товар мировой экономике, можно назвать феноменом «денежной эластичности», но не стоимости. Новая валютная система должна восстановить в правах справедливую стоимость и разработать собственную основу денежной эластичности. Это все технические вопросы.

    • mike:

      Если учесть, с какой скоростью этот феномен теряет свою популярность (я имею в виду потерю популярности расчетов в долларах и перекос роста ВВП в развивающиеся страны), то лет через десять доля доллара в резервах стран сократится до 10%, если раньше не наступит коллапс системы.

  3. Николай:

    Верно подмечено: «низкие процентные ставки делались из расчета повышения доступности кредитов, и как следствие, для безудержного роста американской экономики…».
    Почему не получилось? Да потому что финансовый капитализм США пришел к универсальной формуле отчетности Прибыль = Активы — Пассивы. И если вы на бирже делаете прибыль больше, чем в производстве, расти будет только одна биржа. Что логично при такой формуле. Это конец для современной модели мировой экономики, пока кто-нибудь не «крякнет».
    Вместо того, чтобы с умным видом обсуждать перспективы цен на нефть, лучше бы найти пути для создания новой модели мировой экономики, основанной на новых технологиях. Там заложены все необходимые социальные реформы. Потом будет поздно. Не последнюю роль играет задача роста покупательной способности денег на основе повышения производительности труда.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *