Китай и Россия против Америки: вызов великодержавного ревизионизма

Растущая напряженность во взаимоотношениях между Западом и Россией, а также между Соединенными Штатами и Китаем выходит далеко за пределы простого столкновения интересов вокруг промышленного пояса восточной Украины или необитаемых скал в Южно-китайском море.

Screen Shot 2015-04-24 at 4.12.50 PM

В сущности, речь идет о том, получат ли Россия и Китай право на сферы влияния в своем окружении. Россия стремится восстановить свое влияние в странах бывшего Советского Союза, а Китай заинтересован в признании его контроля над островами и акваториями Южно-китайского моря.

В течение почти четверти века Америка утверждает, что является противником возвращения в международную практику феномена сфер влияния, как это было во времена холодной войны  или до начала второй мировой войны. Фактически, в 2013 году госсекретарь США Джон Керри официально отрекся от так называемой доктрины Монро.

Ряд сменявших друг друга президентов признали Европу «единой и свободной», а также подтвердили свою приверженность принципу, согласно которому европейские государства обладают правом принимать решения, касающиеся их международных связей. Эта политика имела свои последствия, особенно для Европы – после распада СССР, блок НАТО расширился с шестнадцати до двадцати восьми стран, а Европейский Союз – с одиннадцати до двадцати восьми.

Впрочем, противостоять возобновлению сфер влияния было относительно легко в условиях, когда ни одна из крупных держав не предпринимала активных попыток их восстановить. Сегодня Россия использует гибридную войну для захвата части территории Европы, а Китай применяет тактику освоения земель в Южно-китайском море. Хотя Россия и Китай действуют совершенно по-разному, эти стратегии территориальной экспансии ставят перед Соединенными Штатами крайне щекотливую проблему.

Риторика Вашингтона остается прежней – Америка против восстановления сфер влияния – однако, не вполне ясно, что это означает. До сих пор в Европе это проявлялось в экономических карательных мерах против России за ее действия на Украине, которые не заставили ее отказаться от своей политики или дать обратный ход. В Азии это означает дипломатические усилия по обеспечению морской безопасности без каких-либо попыток наказать Пекин или заставить его отказаться от своей стратегии пересмотра морских границ.

Чтобы понять, как противостоять усилиям России и Китая, необходимо усвоить одну ключевую особенность ревизионистской стратегии территориальной экспансии: страны-ревизионисты всегда избирают в качестве своих целей то, что не является предметом жизненно важных интересов держав-соперниц. Когда соперник угрожает фундаментальным интересам страны, она, естественно, дает отпор. Однако, какая тактика является наиболее разумной в тех случаях, когда предметом спора является то, о чем никто раньше не думал, или вообще никогда не слышал?

Разумеется, термин «второстепенные интересы» является некорректным и может рассматриваться только отдельно и в самом узком значении. Главное – как именно та или иная страна расширяет свое влияние. Аннексия и неспровоцированное вторжение – это грубое нарушение, угрожающее основным интересам США. Более того, хотя небольшие скалы или полоски суши по отдельности могут представлять ограниченную стратегическую важность, их значение в совокупности может быть значительно большим.

Как бы то ни было, тот факт, что никакое из действующих соглашений не было нарушено и территория сама по себе представляет ограниченный интерес, оказывает существенное влияние на динамику и психологию того или иного кризиса. Невысокая стратегическая ценность спорной территории обычно является для доминирующей державы обратно пропорциональной тем огромным издержкам, которые сопровождают вступление в военный конфликт. В этом состоит большое преимущество страны-ревизиониста, которое она бессовестно использует до тех пор, пока не переступит определенную черту. В конце концов, чем готов рискнуть американский президент, вступая в ядерную войну за Донбасс? Или, иначе говоря, какие жизненно важные интересы государство готово подвергнуть опасности ради одного второстепенного? Итак, если страна-ревизионист ведет себя умно, а обычно так и бывает, она будет претендовать именно на такие территории, которые не имеют стратегического значения для великих держав, даже если страна, подвергающаяся агрессии, придерживается совершенно иной точки зрения.

Страна-ревизионист может воспользоваться и иной тактикой для снижения риска военного отпора от западных держав. Агрессия не должна принимать форму внешнего вторжения. Вместо этого применяется силовая дипломатия, связанная с «тяжелым положением» соотечественников за границей или используются гражданские объекты для изменения ситуации на местах. Таким образом, проблема усложняется, а «сложная обстановка» в таком месте, которое является объектом «второстепенных интересов», немедленно приводит к снижению внутренней и международной поддержки жестких мер отпора.

Эта проблема отнюдь не нова. Это просто учебник ревизионизма. Его цель – создать сложности для мер сдерживания агрессии и подтолкнуть великие державы к попыткам урегулировать проблему дипломатическими методами, либо ограничить свою реакцию, сделав ее неэффективной. Именно по этой причине Британская Империя использовала дипломатическое урегулирование в качестве основы своей стратегии в течение полувека, предшествовавшего ее катастрофическому крушению в конце 1930-х годов. На самом деле до 1938 года урегулирование и умиротворение рассматривалось в Британии самым позитивным образом. Как писал историк Пол Кеннеди, это была «политика, исходящая из положения, что если национальные интересы не задеты слишком грубым образом, мирное урегулирование разногласий гораздо выгоднее для Британии, чем вступление в войну».

Сложность ревизионистской угрозы заключается в том, что урегулирование конфликта связано с отступлением, по крайней мере частичным. Это обычно выглядит как часть дипломатических усилий, облегчающих расширение зоны влияния государства-ревизиониста в обмен на некоторую сдержанность или сотрудничество с его стороны. Хотя сегодня подобная угроза находится в начальной стадии, многие западные стратеги предлагают именно такую тактику для решения проблем в Европе и Восточной Азии. Они утверждают, что большинство стран-ревизионистов вовсе не являются вторым пришествием нацистской Германии, поэтому дипломатическое урегулирование имеет гораздо больше шансов на успех.

Например, Джереми Шапиро из Брукингского института заявлял, что комплексное дипломатическое урегулирование разногласий с Россией может быть достигнуто путем признания ее права на особую роль в своем окружении в обмен на отказ от применения военной агрессии для достижения ее целей. Гарвардский профессор Стивен  Уолт считает, что сдерживание является контрпродуктивным, а поиск общего языка гораздо предпочтительнее, когда имеешь дело с такой державой, как путинская Россия. Австралийский стратег Хью Уайт писал, что Соединенным Штатам необходимо сесть за стол переговоров с Китаем и другими крупными странами Тихоокеанского региона и договориться о разделе сфер влияния.

Однако, урегулирование остается плохой идеей, что объясняется двумя причинами – старой и новой. Единственным случаем, когда оно сработало, было применение политики умиротворения со стороны Британии по отношению к Соединенным Штатам Америки в конце девятнадцатого века. Это произошло по вполне конкретной причине. Британская политика умиротворения определенно не удовлетворяла американцев. Соединенные Штаты присвоили концессии и выбросили Британию из западного полушария. Эта история закончилась благополучно только потому, что действия США отвечали долгосрочным интересам Британии. Американская гегемония оказалась весьма полезной если не для Британской Империи, то для Великобритании.

Чтобы этот прецедент оказался подходящим для России или Китая, необходима убежденность, что эти страны будут столь же склонны защищать интересы США, как в свое время США защищали интересы Великобритании. Задать правильный вопрос – это значит почти получить ответ. Поскольку нет никаких причин считать, что демократическая Россия или демократический Китай будут соблюдать международный порядок, не следует думать что так станут поступать российский диктаторский режим или китайский авторитаризм. Наоборот, они будут преследовать свои цели, хотя и постепенно, бросая тем самым вызов региональной безопасности в Европе и Азии.

Вторая причина неэффективности урегулирования – новая. Она заключается в том, что мы живем в постколониальном мире, где покоренные народы больше не стремятся угодить великим державам. Британия применяла политику умиротворения, потому что была империей и существовала в эпоху империй. Она обладала владениями, которые могла отдать, не считаясь с мнением местных жителей. Кроме того, она не испытывала особых угрызений совести по поводу продажи небольших стран в Центральной и Восточной Европе, поскольку само существование этих стран  казалось странным им самим.

Мы же живем в постимпериалистическую эпоху. Соединенные Штаты возглавляют мировой порядок, в котором занимают привилегированную позицию только потому, что большинство стран хочет, чтобы так и было. В мире, где доминируют демократические страны, Америка не может просто сидеть рядом со своими конкурентами и переписывать будущей независимых стран и их народов. Сам вид подобного спектакля был бы тошнотворным и нанес бы ущерб легитимности этого мирового порядка. Более того, эти страны не позволили бы решать свою судьбу и взяли дело в собственные руки и очень скоро мир увидел бы возвращение к временам региональной междоусобицы.

Если общий язык найти не удается, как должны поступать Соединенные Штаты и их союзники для сдерживания ревизионизма? Поскольку страны-ревизионисты тщательно выбирают свои цели и средства, простого ответа на этот вопрос не существует. По упомянутым причинам было бы просто нереально, угрожать войной в случае любого ревизионистского акта. Впрочем, некоторые Шаги Америка может предпринять.

Во-первых, следует точно охарактеризовать акты ревизионизма. Мы не должны отказываться или даже преуменьшать роль территориальной агрессии. Мы должны объяснить, почему даже нарушение «второстепенных интересов» является грубым нарушением международного порядка и безопасности.

Во-вторых, нужно усилить потенциал сдерживания. США должны сформировать оборонный потенциал в слабозащищенных странах и ограничить агрессивные возможности ревизионистов различными средствами, включая обучение и оснащение армий других стран для ведения войны с применением оружия массового поражения.

В-третьих, необходимо усилить региональную и глобальную безопасность, сделав противостояние территориальной экспансии краеугольным камнем внешней политики США, развивая легальные и дипломатические средства этого противостояния. В практическом отношении это значит заставить европейские страны поддержать права Филиппин в их конфликте против Китая по поводу Южно-китайского моря, а также заставить страны БРИКС осудить российскую аннексию Крыма.

И, наконец, Соединенные Штаты должны показать, что территориальная экспансия связана с долгосрочными издержками. США должны ясно дать понять своим соперникам, что внешняя политика территориальной экспансии вынудит Америку к применению стратегии сдерживания.

Великодержавный ревизионизм – это очень старая проблема. Предыдущие лидеры не смогли справиться с ней не потому, что были некомпетентны, а потому что она связана с проблемой определения приоритетов в своих национальных интересах и разработкой внешней политики. Простого решения не существует, однако вовремя понять суть проблемы означает, как минимум, быть дипломатически вооруженным.

Автор, Томас Райт – научный сотрудник и директор проекта «Мирового порядка и стратегии»  Брукингского института в Вашингтоне


1 балл2 балл3 балла4 балла5 балла (4 голосов, среднее: 3,00 из 5)
Loading...Loading...

Понравилась статья?
Поделись с друзьями!

x

Приглашаем к сотрудничеству всех, кто хочет попробовать свои силы в переводе. Пишите.
Система Orphus: Если вы заметили ошибку в тексте, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter Система Orphus



  1. alexandr:

    …это статья о политике США в Афганистане, Ираке, странах северной Африки, о взращивании террористических
    организаций …очень демократические отношения в международной политике изложены в статье, только это не о планете Земля…

  2. Boyan:

    Мировой порядок как он есть — бессмысленный и беспощадный

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *