Как Путин одерживает верх над Западом

Его решение начать бомбовые удары по объектам в Сирии, чтобы поддержать терпящего поражение президента Башара аль-Асада, не только застало Запад врасплох, но также превратило этого российского лидера в крупнейшую фигуру, способную оказать решающее влияние на будущее этой страны.


Vladimir Putin

Дата начала военной интервенции, 30 сентября, едва ли могла быть выбрана более удачно. Миграционный кризис сделал Сирию главной проблемой для Европы, требующей немедленного решения. В данный момент любое урегулирование сирийского кризиса, которое помогло бы сдержать поток беженцев, устремившихся в Европейский Союз, невозможно без участия Путина.

Смысл путинского «экономичного» варианта операции «шок и трепет» воплотился не столько даже в военных действиях и демонстрации силы, сколько в блистательном сарказме его министра иностранных дел Сергея Лаврова, который недавно предложил оказать поддержку с воздуха умеренной «патриотической оппозиции», при условии, что Соединенные Штаты найдут этих «умеренных повстанцев» на территории Сирии.

Россия, которая не способна на равных соперничать с Соединенными Штатами в военной сфере, вынуждена полагаться на более тонкие шахматные комбинации. Один из быстрых эффектов российской психологической операции заключается в том, что ранее секретные американские действия в Сирии стали достоянием гласности, так же как и факт, что значительная часть повстанческого движения в Сирии представляет собой исламских экстремистов.

Все это непосредственно вытекает из так называемой «доктрины Герасимова», в которой сконцентрированы основные правила «гибридной», или «нелинейной» войны: постоянно выводите противника из равновесия и часто меняйте тактику, ищите слабые места для нанесения удара. Искушенный в вопросах тактики, Путин вынул сразу несколько «кроликов из шляпы»: собственную бесполетную зону, современные вооружения, от крылатых ракет и истребителей до мощных систем радиоэлектронной борьбы, успешные дипломатические инициативы (так  в 2013 году он сыграл ключевую роль в достижении соглашения, которое привело к уничтожению сирийских запасов химического оружия), и, наконец, последний сюрприз – визит Башара аль-Асада в Москву.

Возможно, в будущем это изменится, но до сих пор сирийская кампания Путина остается относительно «малобюджетной», и в ней неуклонно соблюдается принцип минимизации риска потерь среди военного персонала, в особенности по сравнению с разрушительными и кровопролитными американскими авантюрами в Афганистане и Ираке. «Пушечное мясо» для наземных схваток «поставляют» иранцы и сирийцы вместе со своими союзниками. Большинство бомб, сбрасываемых российскими военно-космическими силами, согласно утверждениям прессы, поступает из старых советских складских запасов, которые в любом случае в скором времени подлежали неизбежной утилизации.

Тем не менее, Путин уже получил серьезную отдачу от вложенных средств: как гром среди ясного неба, Россия вдруг превратилась в крупнейшую силу на Ближнем Востоке, с которой приходится считаться всем другим игрокам; даже Ирак, который в течение большей части прошедшего десятилетия фактически являлся колонией США, теперь рассматривает возможность обращения к России с просьбой о нанесении ударов с воздуха по ИГИЛ. Вполне возможно, что Кремль уже «украл» главный трофей администрации США в связи с соглашением по иранской ядерной программе (действительно, если ранее предполагалось, что аятоллы станут теперь подлизываться к Дяде Сэму,  сегодня они гораздо более тесно, чем когда-либо, сотрудничают с Россией в Сирии). Тем временем, многие американские союзники, от Иордании до Израиля и сирийских курдов выстраиваются в очередь, выражая готовность сотрудничества с Москвой.

«Россия использует в своих интересах неспособность Запада занять твердую позицию в центре ближневосточной политики», утверждает известный эксперт по Сирии из университета Оклахомы Джошуа Ландис. «Я думаю, Соединенные Штаты просто не знают, что делать».

Среди успехов Путина, несомненно, наибольшего внимания заслуживает тот факт, что Россия превратилась в силу, без которой окончание гражданской войны в Сирии абсолютно невозможно, что является серьезным фактором разногласий между Соединенными Штатами и Европой по приоритетным проблемам.

Это особенно существенно в данный момент, когда растущий поток беженцев, вызванный событиями в Сирии, показал, что в Европе растет уровень ксенофобии и ширятся антидемократические настроения, представляющие угрозу существованию Шенгенской зоны и свободы перемещения.

Некоторые простые арифметические подсчеты показывают, почему реакция Вашингтона, его попытки поднять ставку и призвать к борьбе против Путина и Асада, являются неприемлемыми для европейцев. Из примерно 11 миллионов сирийцев, вынужденных оставить свои дома в течение последних четырех лет (около половины довоенной численности населения Сирии), две трети пока остаются на родине. Однако, если хаос в стране будет продолжаться, они, и, по всей вероятности, не только они, наводнят соседние страны, и в конечном итоге всю Европу.

Джошуа Ландис полагает, что как минимум миллион человек вынуждены были бы бежать только из одного Дамаска, если бы столица была захвачена экстремистами. До начала российско-иранской интервенции именно этот сценарий представлялся не просто возможным, но наиболее вероятным,. Кроме того, в беженцев превратилось бы огромное число людей, населяющих районы, находящиеся сейчас под контролем правительства. В нынешней ситуации, добавляет Ландис, Запад серьезно навредит сам себе, если продолжит снабжать повстанцев тяжелыми вооружениями в их борьбе против получившего мощное подкрепление режима Асада.

«Одной из причин такого колоссального количества беженцев является то, что огневая мощь применяющихся вооружений продолжает расти, и по мере этого роста, безусловно, увеличивается количество разрушений, рушатся дома и человеческие жизни, растет уровень опасности, и люди просто вынуждены бежать», говорит Ландис. «Поэтому, на самом деле нам нужна победа или затишье. Самое худшее для беженцев – это наращивание мощности вооружений и продолжение не ведущих к окончательному результату боевых действий.

Именно этими соображениями можно объяснить, почему в Европе усиливается хор голосов, призывающих к сближению с Россией. «Мы должны приложить усилия в направлении практического сотрудничества с Россией», заявил недавно глава Европейской Комиссии Жан-Клод Юнкер. «Это не очень сексуально, но именно так и следует поступить; мы просто не можем продолжать действовать по-прежнему».

В результате Соединенные Штаты окажутся перед двумя одинаково неприятными вариантами выбора: либо садиться за стол переговоров, признав победу Путина, либо рискнуть разрывом со своими европейскими союзниками, что полностью соответствует стремлению Путина внести раскол в западный альянс. В любом из этих вариантов хитроумный российский президент получает массу преимуществ, не только на Ближнем Востоке, но и на Украине – многие аналитики полагают, что его конечной целью является вынудить Европу смириться с замороженным украинским конфликтом и защитить таким образом остальные страны ближнего зарубежья от поддерживаемых Западом мятежей (так называемых «цветных революций»).

Кроме того, Путин получает разнообразные привлекательные бонусы от своей сирийской авантюры: например, рейтинги поддержки его политики внутри страны взлетели до небес. Война, разумеется, это ненадежный и жестокий бизнес, и российский президент может однажды обнаружить, что его рейтинги резко пошли вниз из-за того, что она вышла из-под контроля. Однако, на данный момент, ценой ежедневных затрат в объеме 2,4-4 миллиона долларов он обеспечивает российской военной авиации возможность получить неоценимый боевой опыт, а заодно продемонстрировать свою военную технику потенциальным зарубежным покупателям. По подсчетам газеты «The Moscow Times», увеличение продаж российских вооружений всего лишь на один процент полностью окупит месячные затраты на бомбежки в Сирии. Существуют, впрочем, и другие риски. Например, то, что ИГИЛ, вероятно, взял на прицел Россию: эта крайне неприятная перспектива упоминалась в некоторых репортажах, сообщавших о том, что террористическая группировка взяла на себя ответственность за крушение российского пассажирского лайнера в Египте.

Разумеется, не следует забывать о потенциальных возможностях для России в сфере добычи природных ресурсов. Путину стоит лишь разместить свой военно-морской флот вблизи нескольких недавно разведанных газовых месторождений в восточном средиземноморье, приведя в ужас весь регион. Хотя его сирийская авантюра, несмотря на нынешние успехи, в будущем может «увязнуть в болоте», на сегодняшний день это на самом деле «шок и трепет».


1 балл2 балл3 балла4 балла5 балла (8 голосов, среднее: 4,63 из 5)
Loading...Loading...

Понравилась статья?
Поделись с друзьями!

x

Приглашаем к сотрудничеству всех, кто хочет попробовать свои силы в переводе. Пишите.
Система Orphus: Если вы заметили ошибку в тексте, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter Система Orphus



  1. Gundarevvp:

    Толковый анализ, хотя и присутствуют ряд ложных Западных шаблонов. Как например утверждение о том, что «Россия, которая не способна на равных соперничать с Соединенными Штатами в военной сфере». Если бы это было так, то проигрывая России ( что подтверждает автор) США использовали бы против России вооруженное давление. Но они этого сделать не могут, так как ядерное оружие уравнивает силы. А то, что Россия готова его применить в случае серьезной угрозы для страны записано в последней доктрине. Да и в обычных вооружениях Россия по некоторым параметрам качественно превосходит США, уступая лишь в количестве. Так же ложно утверждение, что операция в Сирии это авантюра. Сам же автор развенчивает это утверждение, объясняя все преимущества для России от этой операции.

  2. Джо:

    Обзор так себе, не кол, но на слабую двоечку

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *