Россия может извлечь для себя выгоду из ракетных испытаний Северной Кореи

Немецкий социал-демократ Эдуард Бернштейн провозгласил, что «конечная цель социализма – ничто, но движение – все». Этим высказыванием он снискал яростную ненависть лидера большевиков Владимира Ленина. Советским школьникам когда-то приходилось заучивать наизусть гневную ленинскую критику в адрес этой точки зрения, которую вождь мирового пролетариата заклеймил как ревизионистскую.

Концепция Ленина была прямо противоположной: достичь конечной цели как можно быстрее, не считаясь с ценой. Впрочем, современная Россия уже давно рассталась с ленинизмом и приняла бернштейнианский подход, суть которого, как уже было сказано, в том, что процесс более важен, чем результат. Это в полной мере может быть проиллюстрировано нынешним подходом Москвы к северокорейскому ракетному кризису. При этом, как ни странно, Пхеньян по-прежнему официально следует учению Ленина, считая, что цель оправдывает любые средства. Ракетные провокации северокорейского лидера Ким Чен Ына, а также неспособность Соединенных Штатов дать адекватный ответ, способствуют усилению позиций Москвы.

Северокорейский ракетный кризис не имеет простого решения, но контролировать его возможно и даже необходимо. И если Россия сделает это умело, она укрепит свои позиции в Азиатско-Тихоокеанском регионе и пробьет очередную брешь в американской гегемонии на мировой арене. Москва это хорошо понимает, чем и объясняются некоторые противоречивые заявления высокопоставленных российских чиновников.

_96602130_be017388-2cd2-43ad-a9ab-7b4ede971c4d

Россия поддержала недавнюю резолюцию Совета Безопасности ООН об ужесточении санкций в отношении Северной Кореи, за принятием которой последовал новый запуск северокорейской ракеты в направлении Японии. Однако, постоянный представитель России при ООН Василий Небензя предупредил, что «никакие дальнейшие санкции… не смогут предотвратить усиливающуюся угрозу, исходящую от Корейского полуострова».

Директор департамента по вопросам нераспространения и контроля над вооружениями (ДНКВ) МИД России Михаил Ульянов «недвусмысленно» осудил поведение Пхеньяна, но при этом подчеркнул: «в отсутствие действительно надежных международно-правовых гарантий своей национальной безопасности, Северная Корея опирается на ядерное ракетное оружие, рассматривая его прежде всего в качестве инструмента сдерживания».

Президент России Владимир Путин в начале сентября осудил ракетные испытания как «провокационные», но в то же время назвал санкции «бесполезными и неэффективными». В Северной Корее люди скорее «станут есть траву, но не откажутся от своей программы (ядерных вооружений), если не будут чувствовать себя в безопасности», – сказал он.

Кремль хорошо понимает северокорейскую психологию, поскольку лидеры России также нередко чувствовали себя, как в осажденной крепости. Для лидера Северной Кореи это не предмет торговли, речь здесь идет о выживании, поскольку Ким Чен Ын прекрасно знает судьбу Саддама Хуссейна в Ираке и Муаммара Каддафи в Ливии и рассматривает ядерные ракеты как страхование своей жизни.

На протяжении многих лет Северная Корея не входила в число внешнеполитических приоритетов Москвы, однако в последнее время ситуация изменилась с точки зрения как внутренней, так и внешней политики. Москва надеется использовать свой политический разворот к Азии, который был ускорен украинским кризисом, в качестве драйвера социально-экономического развития своего малонаселенного и недостаточно развитого дальневосточного региона. Традиционный российский способ подстегнуть развитие событий в нужном  направлении заключается не в том, чтобы улучшать инвестиционный климат, а в том, чтобы создать нужную геополитическую динамику и стать важным стратегическим игроком, как это произошло, например, в Сирии после военных успехов российских вооруженных сил.

Недавнее исследование Rand Corporation, посвященное российской стратегии на Ближнем Востоке, показало: «Наиболее заметные элементы российской стратегии, ее многогранные дипломатические связи или проявившаяся в последнее время интервенционистская тенденция, скорее всего, будут в свое время заменены долгосрочными экономическими, энергетическими и военными контрактами. Они потенциально способны закрепить российское присутствие, генерировать реальную экономическую отдачу, а также сформировать выгодные для России отношения с региональными игроками».

Россия имеет уникальные позиции в Восточной Азии. У нее сложились вполне работоспособные отношения со всеми вовлеченными в конфликт странами, за исключением, возможно, лишь Соединенных Штатов. Китай является ее важным партнером, связи с Южной Кореей также довольно тесные, все еще сохраняется своего рода «эхо» особых отношений СССР с Северной Кореей, а также укрепляются связи с Японией.

Урегулирование северокорейской проблемы могло бы принести новые возможности для российской экономики, поскольку многообещающие энергетические и транспортные проекты, такие как прокладка газопровода в Южную Корею и расширение Транссибирской железнодорожной магистрали на данный момент блокируются изоляцией Северной Кореи и риском эскалации регионального конфликта.

Десятилетия шестисторонних переговоров не сумели остановить ядерные амбиции Пхеньяна, поэтому сегодня необходимо найти новые подходы. Россия и Китай, вероятно, могли бы предложить более интересные идеи, чем план «замораживания в ответ на замораживание», представленный в Организации объединенных наций в июле: Северная Корея замораживает свои ракетные испытания, а Соединенные Штаты и Южная Корея вводят мораторий на широкомасштабные военные учения в регионе. Одной из возможностей является совместная инициатива России и Китая (не от имени США), предлагающая Северной Корее гарантии безопасности и включение ее в крупные региональные экономические проекты в обмен на прекращение провокаций, а также  подлежащее проверке и контролю замораживание ядерной ракетной программы.

Реализация такого сценария наложила бы на Москву и Пекин серьезную ответственность, включая обязательство наказать Северную Корею в случае несоблюдения договора. Кроме того, она позволила бы Пхеньяну, что называется «сохранить лицо», поскольку такой договор можно было бы представить обществу как добровольное соглашение между друзьями, а не отступление под натиском врага. Однако, Вашингтон склонен рассматривать такой вариант как «награду за недопустимое поведение» и выступает против него.

В России и Китае широко распространено мнение, что провокации Северной Кореи играют на руку Соединенным Штатам, поскольку они дают Вашингтону прекрасный повод наращивать американское военное присутствие в Восточной Азии, главной целью которого является Китай, а также заключать многомиллиардные договоры о поставках вооружений с региональными партнерами, такими как Южная Корея и Япония.

Российские интересы в этом регионе вряд ли будут быстро продвигаться в ближайшее время, поэтому Москву вполне устраивает сохранение нынешнего статус-кво. Поскольку военное нападение на Северную Корею по-прежнему не может рассматриваться как приемлемое решение из-за чрезмерного риска для союзников Соединенных Штатов, потенциальная переговорная позиция России лишь укрепляется со временем.

На фоне постепенного ужесточения санкций ООН, Россия и Китай могут усилить свое давление на Пхеньян, не загоняя Ким Чен Ына в угол и сохраняя возможности для диалога. И чем дольше будет длиться такое положение, тем более очевидным будет неспособность Соединенных Штатов урегулировать северокорейский кризис.

Ким Чен Ын, который продолжает провоцировать весь мир своими ракетными испытаниями, разделяет приверженность Ленина к отказу от любых компромиссов. В России ровно сто лет назад ревизионизм Бернштейна был побежден ленинским бескомпромиссным стремлением к цели. Последствия для страны оказались роковыми, но цель Ленина была достигнута. Теперь все зависит от решения Ким Чен Ына.

Поделиться...
Share on VK
VK
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on Facebook
Facebook
0