Станет ли конфликт между Индией и Китаем причиной разрыва индийско-российского стратегического партнерства

Из-за того, что напряженность между Индией и Китаем на линии фактического соприкосновения продолжает нарастать, в Нью-Дели было принято решение отказаться от участия в российских военных учениях «Кавказ-2020», в которых Индия должна была взаимодействовать с другими странами-членами Шанхайской организации сотрудничества. Хотя официально причиной отказа была названа сложная эпидемиологическая обстановка с коронавирусом Covid-19, на самом деле именно ситуация на границе подтолкнула индийское руководство к такому шагу.

Это решение Нью-Дели вызвало вопросы и предположения о том, что ухудшение индо-китайских отношений окажет серьезное негативное влияние на российско-индийское партнерство. В начале июня встреча министров иностранных дел России, Индии и Китая, созванная по инициативе Москвы всего несколько дней спустя после ожесточенных пограничных столкновений, которые привели к гибели двадцати индийских солдат, завершилась без официального совместного коммюнике. Не приходится удивляться, что продолжающийся  конфликт между двумя видными членами ШОС и близкими партнерами России породил опасения по поводу его влияния на российско-индийские отношения.

Впрочем, это лишь одна грань значительно более сложной реальности. Во время недавних пограничных столкновений Москва играла тихую дипломатическую роль, не вставая активно на одну из сторон конфликта. Взаимодействие между Индией и Россией остается стабильным, и индийский министр обороны Раджнат Сингх посетил Москву для участия в параде, посвященном 75-летию Победы. Недавно, 4 сентября, он снова нанес визит в Россию, где проходила встреча министров обороны стран ШОС, которая стала также основой для его двусторонней встречи с китайским коллегой. В ходе этих визитов подробно обсуждались проблемы дальнейшего развития российско-индийских отношений, а кроме того, Москва обещала ускорить некоторые военные поставки в соответствии с запросом Индии.

Сентябрьский визит Сингха совпал по времени с совместными индийско-российскими военно-морскими учениями «Индра» в районе Андаманских и Никобарских островов, расположенных в стратегически важных водах Индийского океана. Министр иностранных дел Индии Субраманьям Джайшанкар 4 сентября принял участие в онлайн-конференции БРИКС на уровне глав внешнеполитических ведомств, а позже также направился в Москву на встречу министров иностранных дел ШОС, состоявшуюся 9-10 сентября. Наконец, в ноябре в Индии пройдет встреча глав правительств Шанхайской организации сотрудничества.

Многосторонние форумы обладают особой важностью, поскольку они способствуют дальнейшему развитию российско-индийского сотрудничества, как на двустороннем, так и на многостороннем уровне. Хотя все более противоречивая внешняя политика членов ШОС создает проблемы для определения общей повестки, с другой стороны, это подчеркивает факт, что в такие времена стремительных перемен, как сегодня, Индия и Россия сохраняют свободу маневра. Предполагалось, что в Индии пройдет встреча министров иностранных дел стран-участниц Четырехстороннего диалога по вопросам безопасности (Quad), но теперь, скорее всего, она будет перенесена в Японию. Хотя весь этот шквал дипломатической активности выглядит весьма противоречивым, если учесть скорость изменений, происходящих в мировом порядке, особых поводов для удивления нет.

Министр Джайшанкар отметил, что «мы живем в любопытном мире», где нельзя рассматривать взаимодействие с различными сторонами через призму игры по правилам «кто кого». В частности, ухудшение отношений между Индией и Китаем или укрепление связей между Россией и Китаем не обязательно является причиной для разрыва стратегического партнерства между Индией и Россией. На самом деле, Москва и Нью-Дели за последние несколько лет много сделали для укрепления этого партнерства, особенно после неформального саммита в Сочи в 2018 году. Диалог с Москвой по самым различным проблемам, от оборонного взаимодействия до региональных проблем в Центральной Азии, остается важнейшим элементом индийской внешней политики.

Индия и Россия являются прагматичными игроками на мировой арене. Обе страны стремятся максимизировать свои возможности для стратегического маневрирования, и это, по понятным причинам привело их к сближению с различными державами на основе соответствующих геополитических позиций. Оба партнера признают ценность диверсифицированного «портфеля» международных связей. Это не означает, что  внешние события не окажут никакого влияния на их партнерство, однако, чтобы понять это, нельзя рассматривать индо-китайские отношения изолированно.

На самом деле, растущая агрессивность Китая является закономерным результатом его экономического подъема, который привел к изменению существующего баланса сил. Именно это фундаментальное изменение, вероятно, приведет к долгосрочному сдвигу в политике Индии, побудив ее занять более жесткие и решительные позиции. В то же время, сочетание меняющегося регионального порядка, все более тесных российско-китайских связей, а также сближения между Индией и Соединенными Штатами и другими странами-единомышленницами для сдерживания китайской экспансии может стать препятствием для индийско-российского сотрудничества в Азии.

Хотя Индия, разумеется, заинтересована в поддержке со стороны России в нынешнем меняющемся региональном порядке в Азии, нельзя не считаться с тем фактом, что на фоне ухудшения отношений с Западом после 2014 года, именно Китай стал ключевым партнером России. Это привело к качественному улучшению двусторонних отношений, поскольку сверхдержава ищет партнерства с сильным международным игроком, способным уравновесить давление со стороны Запада. Политика Соединенных Штатов по отношению к России еще больше подтолкнула последнюю в объятия Китая, усилив его и без того растущую мощь, что нанесло ущерб интересам Индии и всего Запада.

Хотя Россия признает, что концепция Индо-Тихоокеанского сотрудничества, продвигаемая Нью-Дели и Ассоциацией государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН) не включает в себя цели сдерживания других держав, в то же время Москва раскритиковала американскую концепцию региона, которая изначально классифицирует Китай как ревизионистскую державу.

Индия, со своей стороны, стремится включить Россию в свое видение Индо-Тихоокеанского сотрудничества, которое не предусматривает создания «закрытого клуба». Фактически, еще в 2019 году премьер-министр Нарендра Моди во время своего визита во Владивосток, контекстуализировал сотрудничество на российском Дальнем Востоке как «слияние Евразийского экономического союза с одной стороны и открытого, свободного и инклюзивного Индо-Тихоокеанского партнерства с другой», в попытке соединить стратегические видения двух стран. В рамках тех же усилий, согласно некоторым сообщениям, в настоящее время изучается предложение о создании трехстороннего формата сотрудничества Индия-Россия-Япония.

Раскол мира на два противоборствующих блока был бы крайне пагубным для интересов как Нью-Дели, так и Москвы. Такой сценарий означал бы значительное сокращение свободы стратегического маневрирования и хеджирования ставок. Это обстоятельство диктует необходимость прагматичного подхода к управлению кажущимися противоречиями, основанного на долгосрочном видении стратегического партнерства.

Хотя стремительно эволюционирующий мировой порядок затрудняет проведение Индией и Россией полностью конвергентной политики, это не мешает сохранению актуальности двусторонних отношений. Решающее значение имеет стратегическое пространство, которое обе стороны предоставляют друг другу. Более того, оно лишь подчеркивает необходимость изолировать многолетние тесные двусторонние связи от капризов международной системы.

Поделиться...
Share on VK
VK
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on Facebook
Facebook
0