Тригонометрия нового треугольника великих держав: Китай и Россия против США

Новые сильные течения в геополитике практически отбросили в сторону тщательную сценографию за недавним европейским визитом президента Барака Обамы, посвящённым дню празднования 70-летия дня высадки союзников в Нормандии и сколачиванию нового западного альянса в ответ на агрессию России в Украине. В то время, пока Обама в Польше вёл жёсткие речи, чтобы приободрить уязвимых восточных членов НАТО, президент России Владимир Путин со счастливым видом гостил у своих западноевропейских друзей, покупающих у него огромное количество природного газа.

china_russia_pivot_625

Президент Франции Франсуа Олланд не только пригласил Путина на обед, но и отказался расторгнуть сделку на сумму 1,6 миллиардов долларов по продаже Москве военных кораблей. Тем временем, пока Путин и Олланд обедали в комфорте Елисейского дворца, российские силы специального назначения оказывали поддержку наступлению пророссийских повстанцев в Восточной Украине, захвативших ключевые центры пограничного контроля и угрожающих открыть наземный коридор между Россией и новоприсоединённой провинцией Крым, местом базирования Черноморского флота России.

Китайцы, сидящие на юго-восточном фланге России, не преминули воспользоваться этим расколом в рядах НАТО. Любые вопросы, которые могли возникнуть у Китая к интервенции Москвы на Украине, были замяты в совместном заявлении, принятом в Шанхае председателем КНР Си Цзиньпинем и Путиным. Кроме этого, в области энергетики две страны подписали масштабное соглашение на 400 миллиардов долларов, приняв окончательное решение по вопросу образования союза, которому в надеждах обеих сторон отведена роль противовеса Западу.

Пока Обама говорил в Европе о вероломстве России и необходимости укреплять НАТО, Пекин отмечал 25-летнюю годовщину резни продемократических демонстрантов на Площади Тяньаньмэнь практически полным устранением внутренней оппозиции в стране. Пока Путин участвовал в празднования Дня высадки, пожалуй, наиболее сильно выразился по этому поводу высокопоставленный китайский генерал, сказав на конференции по вопросам региональной безопасности в Азии о том, что бездействие США на Украине есть безошибочный симптом стратегической «эректильной дисфункции» Америки.

«Сворачивание войн, особенно там, где нет чётко выраженной победы – дело тонкое», и при этом трудно «не дать сигнал о том, что выходишь не просто из войн, но и из более широких международных обязательств», сказал бывший министр обороны Роберт Гейтс во время последней беседы в Совете международных отношений. В своё время такое удалось бывшему президенту Ричарду Никсону и его госсекретарю Генри Киссинджеру. После Вьетнама,  когда США были уязвимы, они раскололи коммунистический блок при помощи своей дерзкой дипломатической работы с Китаем. «Наши отношения с Советами и с китайцами были лучше, чем у них между собой, – отметил протеже Киссинджера Гейтс. – Сейчас таких возможностей нет».

И правда, Москва и Пекин отвергли агрессивную, как они считают, доктрину по смене режимов и продвижению демократии, принятую США после терактов 11 сентября. По уходу США из Ирака и Афганистана, а также в результате нашей неспособности смелее действовать в Сирии и на Украине, китайцы почувствовали возможность встать в оппозицию американскому влиянию. Это также определяет подтекст силовых шагов Путина по удержанию Украины в стратегической сфере российского влияния в качестве буфера против Запада и агрессивных действий Китая, предъявляющего права на спорные острова и воздушное пространство в своём ближнем зарубежье.

По-прежнему незаменимы

В своём недавнем выступлении в Уэст-Пойнте Обама приводил убедительные доводы в пользу того, что США по-прежнему твёрдо стоят на вершине мировой иерархии. Американская армия не знает себе равных, наша экономика остаётся крупнейшей в мире, новые технологии бурения внезапно сделали достижимой давнюю цель энергетической независимости США, и, отметил Обама, от Европы до Азии «мы выступаем центром альянсов, не имеющим себе равных в истории народов».

«Так что Соединенные Штаты являются и остаются незаменимой нацией, – сказал Обама, прибегнув к характеристике американской державы, которая впервые была запущена в оборот администрацией Клинтона в 1990-х гг., в однополярный момент эпохи после холодной войны. – Так было в прошлом и будет и в будущем».

Обама прав, когда утверждает, что слухи об упадке Америки в некоторых случаях весьма преувеличены. В своей недавней книге «Ещё наши, чтобы лидировать: Америка, новые державы и разность потенциалов между соперничеством и сдержанностью», писатель Брюс Джонс отмечает, что из 20 основных экономик мира, 15 относятся к странам-союзникам США. Равным образом важно то, что потенциальные державы-претенденты, часто обозначаемые как «БРИКС» (Бразилия, Россия, Индия и Китай), пытаясь пробиться на более видные позиции в международных делах, сталкиваются с дилеммой – их экономический подъём и благосостояние зависят от стабильного миропорядка, гарантом которого выступает американская мощь. Поэтому они не могут успешно оспаривать лидирующую роль США, не нанося при этом ущерба своим собственным интересам.

«Я считаю, что администрация Обамы вправе играть «в долгую», признавая, что когда речь идёт о решении проблемы подъёма стран БРИКС, даже самая могущественная страна в мире должна принимать трудные решения по вопросу о том, когда быть лидером и на чём концентрировать свои ресурсы и энергию», – сказал в интервью Джонс, являющийся также старшим научным сотрудником Института Брукингса. – Вместе с тем важно отметить, что единственным действенным фактором, удерживающим от регионального соперничества и конфликтов в Европе, Азии и на Ближнем Востоке, по-прежнему является американская военная мощь и готовность её применения».

Путин, судя по всему, верит в свои слова о том, что распад бывшей советской империи был «величайшей геополитической катастрофой XX века». Он отвергает неприкрытое расширение западных военных и экономических альянсов (НАТО и Европейского Союза соответственно), а также стратегическую цель США о «единой и свободной Европе», которая поддерживает этот процесс. Он был против действий США против союзников и провёл красную линию в отношении действий Запад, которые, как он считает, направлены на окружение его страны в «сфере особых интересов России» в бывшем советском пространстве. Вторжением в Грузию 2008-го и аннексией Крыма в этом году Путин продемонстрировал свою готовность использовать для защиты этих красных линий военную силу.

«Путин – единственный из самых влиятельных лидеров в Кремле после [Иосифа] Сталина, потому что ему даже не надо иметь дело с Политбюро [времён коммунизма]», – сказал Строуб Тэлботт, помогавший управлять американо-российскими отношениями в 1990-х, когда он занимал крупный пост в Государственном департаменте в администрации Клинтона. «Так что теперь самая большая страна на планете практикует территориальную экспансию и агрессивный национализм, и так получилось, что страна эта к тому же является одной из двух главных держав, обладающих ядерным оружием, – сказал Тэлботт, выступая недавно в Институте Брукингса, президентом которого он является. – Это возвращает нас назад к геополитике, результатом которой для нас стали две мировые войны в XX веке, нарушившие стабильность конца XIX века».

Поднимающийся Китай

В то время как Россия отвергает мировой порядок под американским лидерством, Китай ставит его под сомнение, являясь стремительно восходящей державой, требующей большего влияния в международных делах. Имея устойчивый и быстрый экономический рост, Китай сместил Японию с положения второй крупнейшей экономики в мире, а в этом десятилетии в качестве экономической державы номер один может превзойти и Соединённые Штаты. Пекин всё больше прилагает эту мощь вокруг себя, заявляя права на спорные острова в Южном и Восточно-Китайском морях, объявляя зону ПВО, которую никто не признаёт, и протестуя против военного присутствия США в Азии.

В ходе прошлогоднего визита в Китай председатель Объединённого комитета начальников штабов генерал Мартин Демпси лично засвидетельствовал сложность поддержания устойчивого порядка в Азиатско-Тихоокеанском регионе в момент, когда Пекин ропщет против своих ограничений.

«Когда я встретился со своими китайскими военными коллегами, они сказали: «Это здорово, мы возьмём чистый лист бумаги и построим новые отношения». А я ответил: «Ну, не так быстро». Просто так вышло, что у США кое-что уже написано на нашей бумаге, поэтому она не чистая», – сказал мне Демпси в последнем интервью. Для начала, у США исторически сложившиеся союзы с Южной Кореей, Японией, Австралией и Филиппинами. «И я сказал: «Вы же не будете просить нас игнорировать эти отношения?» Да китайцы бы полюбили нас, если бы мы их проигнорировали!» – сказал Демпси. У США нет другого выбора кроме как постараться урегулировать эти запутанные отношения и противоречивую мешанину территориальных споров в Азиатско-Тихоокеанском регионе, сказал он, «с Китаем, роль которого в международном порядке растёт, и китайскими лидерами, которые, возможно, не чувствуют, что у них достаточно права голоса в установлении этого порядка».

Китайско-российский союз

В моменты напряжённости между Востоком и Западом эпохи после холодной войны Москва и Пекин периодически заигрывали со стратегическим партнёрством как противовесом трансатлантическому альянсу под американским руководством. Заметнее всего это проявлялось во время косовской кампании НАТО 1999 года против союзника Москвы Сербии, одним из эпизодов которой было случайная бомбардировка китайского посольства в Белграде; в преддверии вторжения в Ирак, против которого выступали и Москва, и Пекин; а также в ходе нынешнего кризиса на Украине и в Южно-Китайском море, вызвавшего недавнее подписание энергетического пакта между Россией и Китаем.

Прочному стратегическому альянсу между Китаем и Россией мешали естественные препятствия, среди которых были их собственные территориальные споры в Сибири; значительное превышение объёмов торговли между Россией и Европой и между США и Китаем объёма их торговли друг с другом; а также стратегическая дихотомия между ревизионистской державой, чья цель состоит в пересмотре текущего мирового порядка, и усиливающейся державой, сосредоточенной на том, чтобы прогнуть его под волю Пекина.

«В XXI век глобализации основные державы вроде США, России, Китая и Европы связаны между собой плотно интегрированной паутиной взаимных экономических интересов», – говорит директор проекта «Будущее дипломатии»  Гарвардского института государственного управления им. Кеннеди и бывший высокопоставленный сотрудник Госдепартамента Николас Бёрнс. Подобно тому, как слабеющая держава Россия будет обнаруживать, что не может реалистически развестись с Европой, сказал он, так и Китай, как держава на подъёме, будет понимать, что самые важные отношения его связывают с Соединёнными Штатами. «Хотя балансировка данных отношений с Пекином будет самым решающим стратегическим вызовом, который стоит перед нами», – сказал Бёрнс.

Нынешний кризис на Украине и в Восточно-Китайском море, бросивший Москву и Пекин в объятья друг друга, также подчёркивает фундаментальную слабость российско-китайского союза – и та, и другой заставили своих соседей в Европе и Азии добиваться стратегического партнёрства с США и укреплять свой военный потенциал.

«Думаю, что энергетическая сделка между Россией и Китаем не говорит о геополитической оппозиции Соединённым Штатом, а гегемонистские импульсы, стоящие за аннексией Россией Крыма и агрессивными претензиями Китая на спорные острова и воздушное пространство, толкают их меньших партнёров в объятия Соединённых Штатов», – говорит бывший посол США в России и третий человек в Государственном департаменте (заместитель госсекретаря по политическим вопросам; прим.) Томас Пикеринг. – Вот почему я по-прежнему считаю, что геостратегическое положение США по сравнению с Россией и Китаем остаётся сильным».

Несмотря на эти естественные преимущества, сам факт, что реваншистская Россия и поднимающийся Китай нашли общее дело в противостоянии существующей державе, США, – тревожное событие, особенно во времена усталости от войны и сокращений в Вашингтоне. Даже поствьетнамский шаг Никсона навстречу к Китаю не удержал от ближневосточного кризиса 1973 года, в результате которого США и СССР чуть не оказались воющими по разные стороны фронта арабо-израильской войны.

Нового альянса может надолго и не хватить

«Администрация Обамы, вероятно, права в том, что геополитический союз между Россией и Китаем окажется недолговечным, но нас должно беспокоить то, что и Москва, и Пекин реагируют на сочетание, как им кажется, американской провокации и слабости, что представляет собой опасность», – говорит президент Центра национальных интересов Дмитрий Саймс. Перед Второй мировой войной, отметил он, западные политики и обозреватели с полным на то правом предсказывали, что альянс между коммунистическим Советским Союзом и фашистской Германией маловероятен и нежизнеспособен. «И они оказались правы, союз Гитлера и Сталина продержался лишь пару лет, – говорит он – Но за этот короткий промежуток времени Германия завоевала Польшу и оккупировала Францию, создав совершенно иную геополитическую реальность. Подобным образом даже краткосрочный китайско-российский союз при неправильном обращении со стороны США, может доставить нам огромные проблемы».


1 балл2 балл3 балла4 балла5 балла (5 голосов, среднее: 1,80 из 5)
Loading...Loading...

Понравилась статья?
Поделись с друзьями!

x

Приглашаем к сотрудничеству всех, кто хочет попробовать свои силы в переводе. Пишите.
Система Orphus: Если вы заметили ошибку в тексте, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter Система Orphus



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *